← Огромный дуб.
То и дело оглядываясь, кошка медленно, но верно приближалась к границе с их новыми союзниками. Как бы это играло ей на лапу, прознай кто, что она в опасной близи от территории соседей, непонятно. Да и выяснять Лавина не особо рвалась. Впрочем, за нахождение на своей земле ее все равно никто в чужой лагерь не загреб бы... Воительница лишь хотела сохранить конфиденциальность. Она, Камышинка и никто больше.
Сестра, впрочем, пока еще не подошла. Это пестрая видела прекрасно - пустая Гремящая Тропа, за которой находился незнакомый, а оттого казалось, еще более темный, хвойный лес. Брр, нет, кошка совсем не рвалась туда! Она подождет Камышинку здесь, на родной территории, где, казалось, даже земля помогает. Интересно, правда или нет?
Тем не менее, Лавина уже успела глазами обшарить каждый клочок здешних мест. Приходя и проверяя границу, ты не особо зацикливаешься на каких-то вещах, доверяешь лишь своему носу, когда чуешь: был кто здесь или нет. Посему, возможно, кошка и впервые детально осмотрела каждый уголок границы, ожидая, как из одного из них (противоположного, покрытого ночным мраком) появится вначале белоснежная фигурка, хорошо видимая благодаря сияющим звездам, ну, а потом это чудо преобразуется и в саму Камышинку...
За ожиданиями прошло еще немного времени. Лавина со вздохом положила свою мышь на землю и принялась нетерпеливо постукивать хвостом по почве. Она очень хотела побыстрее разобраться в ситуации и понять, что сестра действительно простила ее и больше не обижается. Когда они провожали соседей, их разговор был неполный, чутка смазанный. Нет, Камышинка, конечно, согласилась прийти. И ее улыбка была неподдельной, самой что ни на есть настоящей... Однако Лавине все-таки нужно было убедиться в этом повторно. Если краткая беседа, наполненная перешептываниями, отсекла лишь пару проблем, то эта должна была решить все!
Однако сестра все не появлялась и не появлялась. Нервозность одолевала пеструю с каждой минутой все больше и больше. Будучи не в силах усидеть на одном месте, Речная стала ходить кругами. Тихий шелест при ходьбе ее успокаивал, даря надежду, что она беспокоится понапрасну. Камышинку могли просто-напросто задержать в лагере ненадолго, она ведь не одиночкой среди Сумрачных ходит. У нее наверняка появились друзья, а зная амплуа этих ночных охотников, можно было подозревать, что они не могут так быстро засыпать, как соплеменники Лавины...
"Она придет.. Придет.." - повторяла про себя кошка, нервно выхаживая вдоль границы, уже не скрываясь. Казалось, будто так Камышинка увидит ее издалека и сама уверится, что пестрая ее ждет, что она пришла, и выйдет навстречу... Лавине хотелось верить, что сестра уже в пути, что ей осталось буквально чуть-чуть, и на Гремящую Тропу скоро выскочит знакомый белый силуэт...
Но никто не приходил.
"Неужели она врала мне? Нет, только не Камышинка! Она не могла! Она так искренне обещала прийти. Нельзя лгать с такой правдивой и мягкой улыбкой!"
Закусывая губы, уверяла себя Лавина. Она все надеялась и надеялась, поднимала глаза к небу и ждала. Ждала ту, которая не придет, которая обещала, но по воле судьбы не сдержала свое слово...
"Все было напрасно, да? Прийти сюда - это ошибка?.." - припав к земле, обессиленная от ходьбы туда-сюда, с отчаянием думала Лавина. У нее дрожали лапы, в горле стоял противный комок, который не сглотнуть, однако на душе все было куда печальней.
Было больно... Хотелось царапать землю, то место, куда скатились и упали две соленые капли с щек. А воительница и не заметила, как глаза наполнились горькими слезами. Она давно не плакала. Наверное, потому, что давно не теряла. Но сейчас ей, правда, было обидно.. и больно. За то, что сестра обманула и не пришла. За то, как сурово показала, что они не могут быть даже друзьями... Их родственная нить разорвалась.
Как бы Лавина не хотела в это верить, похоже, это действительно было так. Как же тогда объяснить отсутствие на месте той, которая еще накануне обещалась прийти и не пришла?
С трудом сглатывая и слезы, и комок, и главное - свою обиду, кошка поднялась на ватные лапы. Ей казалось, что онемевшие конечности пронзают за раз сотни иголок, однако физическое неудобство - это единственное, что отвлекало ее от той душевной боли, которая не переставала ее терзать сейчас...
Уже с неверием поглядывая на постепенно светлеющий небосвод, не ожидая больше никаких чудесных появлений Камышинок, Лавина с потемневшей мордочкой вернулась к тому месту, где бросила свою мышь. Проходила ночь, и уже совсем скоро должно было подняться солнце.. Какой смысл было ждать еще? Сестра не придет. Теперь это был факт.
Не оглядываясь на границу, просто не в силах видеть ее пустой, пестрая подобрала холодную дичь и, с силой оттолкнувшись лапами, припустила в лагерь. Там будет поспокойнее. Там она приляжет на последние минуты проходящей ночи и поймет, что у нее еще остались важные моменты в жизни - Сычеух, Осколок и ее верность Речному племени. А Камышинка... Очень жаль, но, похоже, сестра первая заметила, что прошлое стирается.
→ Пещера воинов.
