Дроздокрыл оглянулся по сторонам, навострив уши: нет ли кого поблизости кроме их отряда? Коты других племен вряд ли могли оказаться здесь в это время суток, но вот одиночки, бродяги или псы — запросто. Не хотелось бы, чтобы его родитель стал первым в истории предводителем, который потерял все свои жизни прямо у Лунного Озера. Прикрыв глаза, он весь обратился в слух. Ночь была тиха и спокойна, только снег безмолвно искрился в лунном свете да запозднившиеся вороны и совы хрустели ветвями далеко-далеко отсюда, напоминая коту о том, что природа никогда не спит. Стоило черному воителю, насладившемуся тишиной и удовлетворенному безопасной обстановкой, вернуть голову на место и обратить взгляд вперед, как его взору пришлось наткнуться на приближающегося Стрижехвоста. Игнорирование брата в течение нескольких лун как будто построило между ними стену, за которой младший из отпрысков Вранокрыла чувствовал себя спокойно и более-менее защищенно, но вот голубоглазый подходил к нему и каждым своим шагом рушил эту стену, давая понять Дроздокрылу, что плевать он хотел на его субординацию. Интересно, целитель когда-нибудь до конца понимал, почему Дроздокрыл перестал с ним разговаривать? Юный воитель медленно втянул воздух в легкие и напрягся, когда целитель подошел слишком близко.
— У меня совсем немного времени, я должен буду сделать то же самое.
Воитель не пошевелился, не высказывая ни единым движением, что он слушает: целитель прекрасно понимал, что тот внимательно внимает словам Стрижехвоста. Что-то случилось? Какая-то угроза? И почему не сказать этого при отце? В таких ситуациях, как эта, воитель плевал на неприязнь, и вот уже готов был направиться в битву с неведомым врагом, когда..
— Надо это прекратить, Дроздокрыл. Отцу нужна наша поддержка. Он устал терпеть твои выходки.
Пустота в голове, воцарившаяся там на мгновение, взорвалась уязвленной яростью. "Лисий ты пом..." — зашипели в голове его мысли, прерывающие друг друга на середине и состоящие исключительно из тех слов, за которые старые коты устраивают взбучку своим котятам. Помнится, однажды ему самому прилетело хвостом по губам за одно из самых мягких ругательств, и с тех пор Дроздокрыл не сквернословил прилюдно, хотя временами очень хотелось. Сейчас, например, больше, чем когда бы то ни было. Одна только священность этого места для отца его останавливала, и Дроздокрыл, проглотив обиду, молчал. "Твои выходки," — громом гремели в голове отзвуки слов, произнесенных целителем, который отчего-то не хотел замолкать и все продолжал, каждым своим словом заставляя сердце Дроздокрыла пропускать удар и острыми шипами раздирать глотку.
— Прекращай вести себя как котенок. Посмотри на себя! Ты даже не пришел обработать раны! Ты же не ученик шестилунный так себя вести! Послушай, брат. Я очень сильно тебя люблю. И я знаю, что ты меня любишь.
"Ты прав, я был глупцом, когда не обработал свои раны. Не стоит мне рисковать собой из-за тебя."
— Мы же когда-то были не разлей вода. Стрижик и Дроздик. Я скучаю по тем временам.
Кажется, какая-то из струн его души дала слабину, и часть Дроздокрыла изо всех сил потянулась к брату, его отражению в водной глади, его почти точной копии. Но в ответ на это вся остальная часть воителя взорвалась упрямой гордостью: простить? прекратить вражду? никогда!
— Вранокрылу нужны две опоры. Неважно, кто будет глашатаем – его верной поддержкой всегда будет семья. Я хочу, чтоб когда он очнулся, мы показали, что снова ладим друг с другом. Не подведи меня.
Глядя на спящие силуэты, Дроздокрыл слепым взглядом бурил пустоту, вслушиваясь в бурю, которая нехотя укладывалась в его душе, оставляя после себя выкорчеванные с корнем надежды на то, что Стрижехвост станет менее раздражающим, и они когда-нибудь наладят отношения. Немые вопросы роились в голове, и даже Звездное племя, что общалось сейчас с лидерами его племени, не могло бы на них ответить. На всякий случай янтароглазый вгляделся в пространство, что разделяло его и отца с целителем: может, появится лишний след на покрытой снегом земле, может, колыхнется против ветра трава, выдавая присутствие умерших предков. Прищуренным взглядом кот обвел половину поляны, и грустно усмехнулся самому себе. Даже если бы Звездные коты почтили его, простого смертного, своим присутствием, они бы навряд ли испытали к нему добрые чувства: он же сам недавно проклинал их на чем свет стоит. Глубокий вздох был единственным звуком в воцарившейся абсолютной тишине. Дроздокрыл уселся поудобнее, накрывая белые лапы пушистым хвостом, и нахохлился, как воробей, не давая холоду дотронуться до его кожи. Теперь он все решил: он последует совету Стрижехвоста и станет хорошей опорой своему отцу, как только тот очнется. Более всего хотелось вцепиться в голубоглазого, если тот попытается вновь заговорить с ним, Дроздокрылом, но что будет после того, как радость хорошей взбучки уляжется? Стрижехвост залатает раны, а отец поймет, что его младший сын не стоит и мертвой полевки. Если Дроздокрылу действительно хочется враждовать с целителем, то делать это придется иначе, но думать о перепалке в присутствии отца даже заикаться нельзя.
Воителю показалось, что за время его несчетных мыслей он постарел на несколько лун и устал так, словно обежал все угодья племени Ветра прежде, чем солнце успело сместиться к линии горизонта хотя бы на коготь.
***
Отец застал Дроздокрыла покрытым инеем, немного заледеневшим, но с горящим от любопытства и гордости взглядом. Младший сын удовлетворенно кивнул своему предводителю на фразу о том, что все прошло хорошо, и поднялся с места, отряхиваясь от снега и подходя ближе.
— Поприветствуй своего предводителя, Дроздокрыл. Поприветствуй Вранозвёзда!
Воин посмотрел на Стрижехвоста, в его голубые глаза, за добродушным блеском которого таилась ледяная бездна, задумался о чем-то своем и едва заметно кивнул — то ли фразе целителя, то ли собственным мыслям, — и перевел взгляд на отца.
— Вранозвёзд, — склонил он перед ним голову, пробуя звездное имя отца на вкус и ощущая только одно: власть. Ему хотелось бы сказать, что он гордится отцом, гордится своим предводителем, который устроит лучшее будущее своему племени, но молчал. Разве по нему не было видно все, что так хотелось сказать? Одна только гордость распирала его изнутри.
— Знайте, я горжусь каждым из вас, — Дроздокрыл снова кивнул старику-отцу и едва заметно улыбнулся. Предводитель не часто говорил о своих чувствах, и потому моментом можно было насладиться в открытую, не пытаясь скрыть, насколько важны подобные слова для него, совсем еще молодого кота, который буквально только в эту ночь понял, что он будет делать следующие луны до того момента, пока сам не окажется на месте Вранозвёзда. Да, он метил высоко, но теперь не только из-за честолюбия и желания создать династию правящей семьи. Не только из-за этого.
— Поэтому отныне вы будете моими помощниками во всех делах. Станьте же моей крепкой опорой.
И почти сразу:
— Дроздокрыл?
Как же сильно Стрижехвост любил слова, как же сильно он надеялся на красноречие, которое трогало всех, кроме самых сильных и рассудительных мира сего, как же сильно ему, Дроздокрылу, хотелось выбить любовь к красивым речам из собственного брата. Воитель поднял голову, глядя на предводителя, не отводя от него взгляда и поворачиваясь к нему мордой, образуя тем самым своеобразный круг из них троих. Стрижехвост оказался по правое плечо.
— Ты всегда можешь рассчитывать на меня, отец. Я клянусь посвятить себя служению своему племени и тебе — как твой воитель и как твой сын.
Он кивнул, словно ставя точку, и замолчал. Словами не выразить той преданности, которая пылала в нем, а потому стоит ли пытаться?
Дроздокрыл посмотрел на Стрижехвоста: мол, давай, твоя очередь. В его взгляде больше не читался холод и желание придушить целителя, наоборот: где-то там, на самом дне его серьезного взгляда плескалась усмешка, лишенная всяческого страха. Из-за отсутствия напряжения, вечно исходящего от Дроздокрыла в присутствии целителя, со стороны могло показаться, что они помирились, что буря миновала, и все наладилось. Воитель был доволен этим: теперь было главное одно — доказать Вранозвёзду, что его сыновья не перегрызут друг другу глотки, пока он не будет смотреть, и этим самым вселить в него надежду, обеспечить твердой почвой под лапами.
Не обращая более внимание на старшего сына предводителя, янтароглазый вновь устремил свой взгляд на отца.
"У тебя больше нет надо мной власти, братец."
Отредактировано Дроздокрыл (2017-12-24 16:43:14)