- Чего же ты хотела, - ответил Раскаленный, а Ками немного повернула мордашку в его сторону, внимательно слушая. - Вы теперь по разные стороны. Плюс, по любому, он на тебя злится за то, что ты ушла. И, внимание прикол, чем больше злится, тем больше любит. Старинная поговорка Теней, которую я только что сам придумал!
Камышница рассмеялась. Действительно, это выглядит довольно забавно. Чем больше обижается, тем больше любит. Вот голова же, а! Даже немного приподнял белой настроение, наставив на путь истинный. Черт с ним, что они в разных племенах, это все равно не станет для них каким-то уж слишком огромным препятствием. По крайней мере дружественные отношения они так или иначе смогут поддерживать.
- <...> Нет. Вернул бы. Это пока они рядом, не замечаешь, а как не станет - почувствуешь, - белая тихо хмыкнула. Это да, это правильно. Если бы не обида первое время на своих родственничков, если бы не Раскаленный, который находился с ней почти все время, то наверняка бы Камышница чуть ли не на стенку лезла от тоски.
- Горицвет и Орлица без тебя никуда не уйдут, - чуть наклонив голову, наблюдая за явно немного опечалившимся Раскаленным, мягко произнесла воительница. - Ты же главный заводила. Как они, без такого красавчика как ты, жить-то будут? - уже со смехом в шутливом тоне добавила белая. Знаете, какая самая лучшая тактика признаться в своих чувствах, симпатиях и мыслях? Сказать все напрямую. И, желательно, шутливым тоном. А затем сколько угодно можно говорить об этом, все равно никто ничего не поймет.
- Шишки шишками, а ты скажи, обратно возвращаться не надумала? - внезапно довольно серьезным тоном спросил рыжий. Удивленно вскинув брови, Камышница уставилась на него, явно не понимая причины подобного вопроса. С чего он взял, что она надумала вернуться в Речное? Нет, конечно, у них теперь хорошие отношения с Сумрачным, но все равно...
- Когда мы ушли в горы, я очень скучал по дому. Не представляю, если бы вокруг было ещё и чужое племя, - внимательно слушая каждое слово своего спутника, Ками начинала нервничать. Сердце забилось быстрее, явно предчувствуя что-то очень не хорошее, какой-нибудь вопрос или действие...
- Почему ты решила уйти из Речного племени?
Камышница замерла, немигающим взглядом глядя на Раскаленного. Кажется, она даже перестала дышать, просто смотря на него, смотря ему в глаза, стараясь понять, что творится в данный момент у него в голове.
"Почему ты спрашиваешь меня об этом?"
Казалось, что время замедлило свой ход. Из головы пропали все мысли, оставив только пустоту. Стало настолько тихо, что белая даже могла услышать учащенное биение собственного сердца.
- Я не уйду, - тихо произнесла белая спустя несколько долгих томительных минут. Она опустила взгляд, отведя его в сторону от кота, а после опустилась на задние лапки, выдохнув.
- Ты помнишь, что произошло на том Совете, - медленно и мягко начала белая, вновь немного помрачнев. - Когда Жабозвезд признался в том, что он и Фиалка наши настоящие родители. Тогда я была потрясена этим, потрясена тем, что наши родители нам лгали, - в голове сразу же проскочил кусочек воспоминаний, когда она, не помня себя, в истерике сбежала с острова. Как же стыдно за свое поведение.
- Я ненавижу когда лгут, - тихо добавила белая, с неестественной для себя жесткостью во взгляде глянув на Раскаленного, но уже через несколько секунд она вернулась в свое прежнее состояние. - Но это не настоящая причина, по которой я ушла. Точнее, это только одна из них.
Воспоминания о собственной семье и том, что происходило в Речном племени больно ранили Камышницу. Даже не столько тем, что ее предали, сколько тем, что тогда она действительно была счастлива, каждый день слушая эти сладостные речи о единстве семьи, что все друг другу доверяют и все подобное.
- После того как Перо, одна из моих бывших соплеменниц, меня успокоила, я отправилась обратно в лагерь, но по пути встретила Сычеуха с Лавиной... Я хотела с ними поговорить, - Камышница сделала небольшую паузу, а после ненадолго подняла затуманенный печалью взгляд на Раскаленного со своей обычной улыбкой на мордашке. - Знаешь, Сычеух ведь мне неродной брат. Но я выросла вместе с ним. Мы все были вместе, мы клялись друг другу не врать, что всегда будем вместе и ничто не сможет разрушить эту особую связь. У водопада до сих пор стоит камень, где мы оставили отпечатки наши лап в доказательство нерушимости нашей дружбы, в доказательство того, что мы - одной крови.
Голос сумрачной, раннее бывший тихим, спокойным и несколько даже прохладным, с началом разговора о брате начал менять свою тональность, становясь немного выше, громче и быстрее. Но Камышница вновь ненадолго замолчала, стараясь вернуть себе прежнее спокойствие.
- Но они мне солгали. Я случайно подслушала их разговор. Они были влюблены друг в друга. И они скрыли это от меня, - взгляд был отведен в сторону. - Не спорю, возможно, я бы осуждала их отношения тогда, когда мы еще не знали о том, что Сычеух нам неродной брат, но по крайней мере все было бы гораздо спокойнее. Но они умолчали о своих отношениях. А как мне жить там, где даже твоя собственная семья тебе врет? - на Раскаленного устремился отчаянный взгляд, в котором читались все столь долго скрываемые эмоции. И боль, и страх, и тоска, смешивающиеся в одну громадную смесь безысходности и мрака.
Но Камышница улыбнулась.
- Надеюсь, теперь ты понимаешь. В любом случае, прошло уже много времени, - пожав плечами и на несколько секунд прикрыв глаза, закончила белая. Она больше не могла говорить даже при желании. К горлу подкатил громадный ком, не позволяя произнести и слова.
Отредактировано Камышница (2015-04-10 19:55:49)
