В ответ на его слова пару мгновений белоснежная одиночка тупо смотрела на него, словно до неё не сразу доходил смысл его слов, но потом рыжий постепенно начал замечать искорки осознания и веселья в разноцветных глазах. А вскоре бродяга уже задорно скалилась, а ещё через пару секунд – засмеялась, заставив ухмыльнуться и племенного, наблюдавшего за этой реакцией. Засмеялась очень добродушно, очень тепло и уютно. И, несмотря на недовольные речи Аконита и его заикающееся возмущение, желтоглазый продолжал улыбаться, внимательно слушая её. Он не понимал мрачный настрой брата, считая жизнь таких вот путешественниц и путешественников очень привлекательной (и в этом походил на мать куда больше, чем сам того желал, но, впрочем, лицемерие – не новая для него черта характера). Идти, куда только душа пожелает, шагать, куда глаза глядят. Обещаться с кем хочешь, и нет над тобой внимательного предводителя, наставника, глашатая, старших друзей, которые стоят сверху и помахивают указкой да линейкой, грозясь со всей силы зарядить по пальцам или по ушам, если ты вдруг потянешься  к чему-то, что запрещает пресловутый Воинский закон.

- И тебя никто ничем не попрекает? – с какой-то странной интонацией он это произнес. Герда бы смысла сказанного не поняла, но стоящий позади братец наверняка уловил скрытый мотив. И, что уж тут говорить, наверняка насторожился. Ведь, если смотреть объективно, жизнь одиночки, которого не упрекают в ошибках его родителей, куда приятнее места, где почти каждый тычет его носом в прошлое, которое даже ему не принадлежит. Кто-то может плюнуть на трудности и, задрав хвост, уйти по более легкому пути, забыв об обязанностях и нуждах целого племени. И, как бы не старался скрыть полукровка легкую зависть в голосе, она все равно проскочила в последних нотках, заставив мысленно поморщиться даже его самого. Открыто он свое недовольство ничем не выразил, чтобы не спугнуть такой потрясающий экземпляр бродячей жизни. Да ещё и эта разноглазость. Ему хотелось выяснить о ней как можно больше.

- Но неужели среди вас так мало котов, которые знают о лечении всяких болячек? – сам он, конечно, тоже особо ничего о целительстве не знал, только по рассказам Вьюнок, иногда болтавшейся в палатке врачевателей и трепавшейся с тамошними жителями. Но сам Огонек, обладавший завидным здоровьем, никогда там не был. А если появлялись какие царапины, оставленные тренировками с Настурцией, он предпочитал пускать все на самотек. Мол, «пусть само все зарастет, а если загноится – тогда уж загляну». И обычно до таких крайностей не доходило, и он продолжал заниматься, игнорируя боль в ранках и ушибах.

И тут он почему-то вспомнил о брате и, быстро обернувшись к нему, проверил, на месте ли он еще вообще, а затем, чуть улыбнувшись теплой улыбкой, прошептал одними губами, но так, чтобы он понял:

- Не бурчи.

Дарить невольно томный взгляд кустарнику – дело безумно важное, если говорить с ноткой сарказма в голосе, и очень скучное, если сказать правду. Таких чувств ощутить на себе рыжему братцу не получилось, и вряд ли в будущем фортуна обеспечит ему эту возможность. Странно, но быть в каждой бочке затычкой  удавалось в данный момент никому иному, как Огоньку, хотя такое качество десантировало иногда и Аконита. Почему-то именно сегодня оно заснуло, неизвестно насколько, может, даже к лучшему, но от этой информации клонило в сон сильнее, чем прежде. Бестактно зевая и раскрывая пасть настолько, что чуть ли не разгрызая клыками воздух, оруженосец изредка искоса глядел на разговаривающих котов. Взгляд Герды задержался на бурой шерстке, отчего захотелось резко отвести глаза в сторону. В знак недоверия. Так поступил бы на его месте любой брат. Наброситься на одиночку он бы не смог, так как родственник считал эту особу своим другом, а мирно болтать с незнакомкой было просто неразумно. Он бы ещё рассказал, где находится целительская Теней, чтобы бродяга занялась самолечением наконец-то.
Внезапно брат решил напомнить, что бурый ведёт себя как-то не дружелюбно, шепнув ему на ухо, чтобы тот не бурчал. Полосатый мгновенно закатил глаза и тяжко вздохнул, про себя придумывая, как бы помягче назвать лисёнка глупцом.
"Не бурчи... Это всё, что ты хотел мне сказать?"
От этой фразы даже стало как-то противно. Неужели этот дружелюбный халдей решил, что имеет право командовать? Упрямость вспыхнула, как костёр под воздействием ветра, и Аконит надулся. Сейчас он со стороны выглядел, как воробей, нахохлившийся, спасаясь от холодов таким образом. Но позиция, которую занял младший из братьев значила, что ситуация его потихоньку начинает напрягать.
– Нас мало. И знания не всегда гарант того, что вылечишься, – казалось, что белоснежная рассказывает какую-то страшно банальную лекцию, поэтому наравне с одиночкой тот вздохнул. Можно это посчитать за то, что он попытался подразнить Герду, но удивленные глаза говорили об обратном.
"Особенно, если знаний нет."
– От зеленого кашля единственное лекарство – кошачья мята.
"Я думал, что она от плохого настроения. Разочарование всей моей жизни..."
Тут Аконит состроил обиженную мордаху. Всё-таки кое-какие знания были у одиночки. Неважно, что их мало, но у неё есть цель, а, значит, пустым мечтам места она не уступит. Пожалуй, и в незнакомце увидеть что-то хорошее возможно.
– Я как раз отправляюсь к тем, кто пытался красть её у воителей, – от слова "красть" ученик чуть ли не задохнулся и раскашлялся похлеще новой подружки. С попрекающей злобой он пялился на Огонька, дескать, видал, на что горазды такие, как она.
"Потом только воители украдут ваши жизни, бедолаги."
Проследив за зрачками одиночки, Аконит вместе с ней уставился на небо. Тёмное, что не странно для этого времени суток. Сверкающие вдали огоньки напоминали капли, разбросанные по черному покрывалу. Одновременно красиво и неожиданно обычно. Одна мысль постепенно начинала терзать: "Пора домой."

Сирша непонимающе поморгала, когда Аконит с возмущением уставился на Огонька после её слов о том, что отправляется к бродягам, пытавшимся красть целебные травы у воителей. Это ведь правда, Сирше незачем врать — всем бедолагам, надеющимся проскользнуть с лекарством мимо племенных, сильно доставалось. Даже те, кому везло в первый раз, попадались на второй иль третий.
А воители иной раз даже суровее одиночек. Ведь одиночки на то и одиночки, что редко действуют всем скопом.
«Делает ли нас это лучше?» — кашлянув в сторону, подумала Сирша и тут же нахмурилась. Одиночки слишком разношерстные, поэтому судить о них целиком, словно о касте, нельзя. Тем более, что одиночки тоже иногда создают всякие группировки. В особенности городские.
Огонек решил попрощаться первым, хотя белая думала, что этим с большим энтузиазмом займется Аконит:
— Чтож, было приятно познакомится, Герда, но нам действительно уже давно пора - следует вернуться засветло, чтобы не хватились соплеменники, — рыжий, неизменно улыбаясь, подмигнул Сирше, которая ответила на это усталым взглядом. Хах, будто она собиралась братьев-путешественников задерживать.
Когда бурый кот скрылся в зарослях, а одиночка собралась обратиться к водопаду желаний за единственной просьбой, Огонек вдруг подлетел, сократив расстояние между собой и белоснежной настолько, что она могла чувствовать его опаляющее дыхание. Хотелось зажмуриться.
«Что он творит?!»
— Я принесу тебе мяту. Через ночь. Будь здесь, не заставляй меня попусту рисковать репутацией.
«Да ты сам болен! Головой!»
— Я буду здесь, — серьезным, холодным голосом, будто заключала сделку.
«В смысле «буду здесь»?! Как я вообще...» — глядя туда, где скрылись Теневые, думала шокированная собой одиночка.
Придется исполнять, раз дала слово.
Кошка еще раз взглянула на хрустальные струи.
Она собиралась попросить водопад вернуть ей быстрее Кая, но желание это придется отсрочить. Оставалось надеяться, что если близнец и вернется, то в самое удобное время.

Наконец-то Река услышала шум воды. Он был гораздо громче журчания ручья. Река уверенно шла вдоль воды, думая о том, что такое водопад, но вдруг, кошечка обнаружила, что земля резко пропала. Перед ней был обрыв. Кошечка стала медленно спускаться, тчательно прощупывая дорогу лапами и проверяя на прочность каждый выступ или камушек, перед тем, как встать на него. Вскоре она уже стояла внизу с широко распахнутыми от только что испытанного страха, глазами. Теперь Река поняла, что водопад, это место, где можно упасть! Кошечка медленно пошла по звуку падающей воды, пока не встала лапой в воду.
- Какая тёплая! - подумала кошечка и шагнула назад. - Наверно Водопад греет воду!
Река волновалась. Она не знала, как загадать это самое желание. Куда подойти и как встать. Она решила просто мысленно произнести своё желание и поскорее уйти, чтобы не показывать своё незнание. Она слышала о водопаде, но не знала как правильно загадывать желание, поэтому решила поскорее уйти отсюда. Река быстрым шагом пошла по берегу и почувствовала заросли папоротника. Вскоре она уже бежала вдаль от водопада думая, что вряд ли встретит Соколиннолапа когда-нибудь.
>>> озеро предков

- Кречет, слышишь? Водопад! - Осозвёзд побежал вперёд, а крапчатый глашатай за ним, еле успевая и чертыхаясь на ходу. Вот занесло их в глушь! Но там, куда они направлялись, и правда слышался плеск воды. Неужто и правда водопад исполнения желаний? Как они узнают, что это именно он? Кречет был настроен довольно скептично.
Но когда его взору открылось это, уже сомнений не осталось. Тот самый момент, когда ты понимаешь, что это точно он, тот самый водопад, который тебе был нужен... Точнее, не тебе, а Осозвёзду, но не суть. Они достигли места назначения.
"И если так, то Осозвёзда вели предки. Ему и впрямь суждено было найти этот водопад", - ошеломленно думал черно-рыжий, осторожно спрыгивая с утеса следом за предводителем. Его мысли на этот счёт поменялись из резко негативных на те, что под вопросом, как к этому относиться. Возможно даже с перевесом в сторону положительного. Ведь как бы они иначе нашли водопад, если бы Звёздное племя было против?
- Великое Звездное племя, - Осозвёзд стоял, словно загипнотизированный глядя на эту красоту природы, сотворенную где-то вне этого мира. И Кречет понимал, почему тому так нравится - ему и самому трудно было оторваться от переливов золота в струях воды, особенно необычных из-за заката. Не было Речного кота, который бы не оценил это зрелище.
- Ну что же, - Кречет щекой потерся о плечо предводителя, - ты хотел этого. И вот мы здесь. Теперь осталась награда... Помни, что я говорил тебе про загадывание желаний - они не всегда сбываются так, как мы этого хотим.