Нессея тревожно глядела на Странника, виновато прижимала уши к затылку и сияла теперь уж очень тусклым светом, светом уходящей, затихающей надежды.. И всё таки она прекрасна в любых ситуациях и в любых порывах - эмоции ярко и эффектно, текстурой ложились на блестящие от немого безысходного крика глаза, окружающее обтекало её стройный силуэт и придавало ей ещё большую печаль, ассоциируя с пасмуром; и голос звучал, как если бы негодный мальчишка обронил колокольчик на землю, и тот, издав последний, но такой трогательный и пронзительно-печальный звон, встретил свою кончину забытым воином в высокой траве. И словно в подтверждение ассоциации она обречённо качнула головой, поставив окончательный крест на всей этой затее и попыталась закончить начатую, но так и не законченную хозяином фразу. Герой моего рассказа вяло улыбнулся.
- Может, - так забавно вот так вот из последних сил цепляться за то, что секундой назад неизбежно кануло в пропасть; так забавно, как будто ты несчастный горемыка-кот, который так яро улыбается, старается показать себя счастливым, скрывая за этой лживой улыбкой тьму и бесконечную обиду на всех - опальный. Но в глазах больше не зажегся прежний огонь; в них больше не было и тени надежды - пустота, бесконечная пропасть, а ниже река, тускло светящаяся янтарно-васильковая вода. Бездна.
Сейчас несчастные путешественники, понуро глядя друг на друга исподлобья, были схожи с непоседливыми котятами, которые решили окунуться в сказку и поиграть в "волшебство", и теперь зашли слишком далеко. Странник в душе безжалостно смеялся над самим собой; таким жалким, таким наивным и глупым, глупым.. и смолк соловей.
- Всё кончено... - с тяжёлым вздохом констатировала Нессея, оказываясь прижатой к груди полосатого воителя; тот молчал, лишь стиснув зубы и слушая эти печальные завершающие нотки двух опростоволосившихся сердец. В её глазах застыли слёзы, но она видимо не хотела, чтобы герой моего рассказа увидел, как печаль одерживает над ней верх. Казалось, воительница не давала себе и передышки - она говорила и говорила, пока наконец голос не стал срываться ввиду нехватки воздуха; она говорила быстро и остро, словно сильный яд, и каждое слово полосовало сердце полосатого стеклянным осколком.
- Я тоже люблю тебя, - лишь тихо выдавил Странник эти четыре слова взамен на сокровенные три. - Ты не должна.. не должна говорить такое. Завтра ты будешь. Послезавтра ты будешь. Ты будешь через множества лун, - с нотой мольбы в голосе чеканил эти слова отчаявшийся воитель, - Мы будем. И Речное племя. И твои дети.. - ".. и наши дети." - закончил про себя серый воин, - "И для них ты тоже должна будешь найти в себе силы на любовь.."
- А если ты и уйдешь, - после нескольких мгновений тишины вдруг задумчиво произнёс герой моего рассказа, - То я уйду следом за тобой.
И вдруг, уткнувшись в мокрое от капель водопада серое плечо, Нессея дала волю чувствам и беззвучно заплакала; и Странник молча принимал всю ту печаль, что затаилась в этом крошечном кошачьем сердечке. Глаза его блестели, но влага не касалась века; если один плачет, другой должен быть спокоен хотя бы внешне, чтобы успеть во время прийти на помощь или принять удар под себя; ведь тот, кто поддается эмоциям, порой бывает особенно уязвимым. И вдруг возлюбленная отстранилась от полосатого и заговорила теперь о житейских проблемах; герой моего рассказа безучастно глядел на внезапно засуетившуюся любимую.
- Вернёмся, - вздохнул воин, - Переночуем.. прямо здесь. - сейчас он говорил сухо; казалось, самый пик уже отступил и больше не нужно эмоций - лишь обычная повседневная суета. И он прилёг ближе к стене, задумчиво глядя на Нессею снизу вверх; сейчас хотелось погрузиться в полную тишину и просто подумать..

Что-то ёкнуло в сердце Странника, когда полные печали и уже высохших слёз глаза посмотрели на него; и тогда он не был в силах даже пошевелиться - казалось, этот взгляд овладел его телом. Её улыбка из последних сил. Ядовитая улыбка.. вдруг воительница пошатнулась и снова отстранилась от полосатого - он напрягся и упрямо подался вперёд, настойчиво заглядывая в её, казалось бы, напуганные васильковые глаза. Казалось, мир вокруг них зашатался, реальность разгорелась бешеными яркими искрами; они то потухали, то загорались с новой силой - как будто корабль в сильную грозу, люди на котором ещё борются за жизнь.
Её слова, которые она выкрикивала, откидывая шум водопада на задний план, иголками впивались в сердце желтоглазого; он смотрел на неё ошарашенно и растерянно, будучи на этот момент слепым.. Слепым не как старые, уже почти отжившие свой век коты, а как кот, которому не дано узнать того, что сейчас рвёт душу возлюбленной на части. Или..
"Но он.. не мёртв.." - в сердцах кричало внутреннее "Я", и вина с новой силой пронзила сердце серого воина; и в этот миг произошло что-то воистину странное, необъяснимое.. кот закрыл вдруг отяжелевшие веки, и хаос из различных цветов заиграл перед ним; и все эти цвета вдруг стали смешиваться в единый цвет, который сначала был синим, потом стал больше походить на зелёный, и вскоре превратился в один большой изумрудный круг - но это было не последним его преобразованием.
Вдруг эта самая клякса стала постепенно растекаться и растекаться, пока наконец не превратилась в два ярких, обжигающих своим взором глаза. Нессея же вела себя так, будто в неё вселилось нечто страшное - она вдруг бросилась в сторону, словно уклоняясь отчего-то.
Почему-то Странник сразу понял, кому принадлежат эти два ока; как бы не потрясало его происходящее, он старался держать себя в лапах и не отступить - более того, он нашёл в себе силы предупреждающе нахмуриться и подойти ближе к лежащей на камнях Нессее, прикладываясь рядом с возлюбленной и накрывая её спину горячей правой лапой; он вздрогнул, когда почувствовал, как сильно похолодела в этот миг любимая.
Прижавшись носом к лбу соплеменницы, герой моего рассказа снова закрыл глаза, и тогда вдруг какие-то видения разом ворвались в его сознание. На чёрном фоне вдруг снова засверкали два изумрудных глаза, но теперь казалось, что они смотрели не на него, а через него; он видел реку и чью-то ловко вытаскивающую рыбу серую лапу; он увидел Тигринку, увидел, как бывший Речной глашатай мускулистой скалой склоняется над Нессеей у берега Озера и безжалостно налегает на неё сверху, и следующей картиной он гибнет.. И тут Странник, в порыве аффекта, осознаёт, что происходит сейчас - оба видят одни и те же картины..
"Прими их, Нессея!" - отчаянно вскрикнул полосатый в своих мыслях, надеясь, что возлюбленная сейчас его слышит, раз уж они на данный момент объединены какой-то невидимой нитью, - "Не прячься! Не уходи! Прими их.." - надрывался внутренний голос, силясь помочь, казалось бы, падающей в пропасть любимой. "Это то, что мы искали! Это то, что мешало тебе. То, что мешало нам! Не отвергай!.. Только не отворачивайся!"

Отредактировано Странник (2014-06-09 13:44:34)

Странник мог ошарашенно наблюдать за происходящим откуда-то свыше, будто бы он смотрел кино; кровь багровыми сгустками цеплялась за шерсть бывшего глашатая, а изумрудные глаза потухали. Стройный, полупрозрачный силуэт Нессеи вырисовывался неподалеку; она говорила себе под нос что-то омрачающее, пыталась прекратить всё это; но вдруг, когда герой моего рассказа стал попытаться связаться с ней мысленно, она тряхнула головой - неужели услышала?.. Наверное, как в какой-то сказке, его голос звенящим эхом раздавался у неё в голове. - Да... Ты прав, - вслух отвечала ему воительница; и тогда полосатый почувствовал какое-то слабое облегчение - любимая слышала его, а значит всё в порядке, и даже могла ему ответить.
Слёзы снова проникли в глаза кошки, когда вдруг Гнев заговорил; и от этой воистину душераздирающей картины Страннику вдруг тоже захотелось сбросить лишнюю соль, так назойливо цепляющуюся за ресницы - но из последних сил он держался; держался, зная, как плохо сейчас его возлюбленной.
Вдруг всё происходящее стало превращаться в какой-то хаос - глашатай стал обращаться к Нессее с просьбой перегрызть лапу; то, что ответила ему та, Странник не разобрал, пребывая во временном шоке и в бессилии поверить в то, что всё это он сейчас  действительно видит. - Уходи! Уходи! - внезапно зашипел Гнев; и вдруг овраг заполнился людьми - стало невообразимо шумно: двуногие что-то громко говорили, вокруг слышался хруст ломающихся ветвей, и весь этот гам ушел на второй план, когда вдруг первым прозвучал отчаянный возглас ринувшейся на помощь Нессеи. Ах, как же хотелось герою моего рассказа сейчас, в момент прозрения, очутиться рядом с возлюбленной и обжечься в танце этого огненного хаоса вместе с ней.. как же хотелось помочь! Но сейчас, казалось, существовала только Странникова душа - здесь, в этом странном мире воспоминаний.
Они его не убьют - хотелось мысленно вскрикнуть желтоглазому, но тот перебивал эту назойливую мысль сотнями других, чтобы любимая не смогла этого услышать или разобрать. Этот хаос мыслей, криков и смешивающихся и постоянно меняющихся красок сводил с ума, опустошал, шокировал.
И тогда полосатый закрыл глаза - тьма, тьма, и только звуки, от которых ужасно раскалывалась голова.. когда же он вновь открыл их, Нессея уже была возле лежащего неподвижно Гнева и плакала навзрыд. Она винила себя в его смерти, но он не был мёртв.. и Странник знал это, но молчал; молчал и мысленно, молчал и в действительности - ужас поразил его сердце.
И вдруг янтарные глаза распахнулись снова, хоть и были открыты в воспоминаниях - но теперь уже в реальности; он отстранился от вмиг потеплевшего лба любимой и, сидя теперь возле неё и глядя в её морду круглыми глазами, пытался восстановить участившееся дыхание. Когда Нессея очнулась, она сказала лишь два слова; интонация, с которой она произнесла их, была невыносимо печальной, душераздирающей.
- Я.. видел. Я видел всё вместе с тобой.. - зачем-то тихо констатировал воин, не сводя взгляда опустошенных глаз с возлюбленной.
- Водопад всё-таки исполнил желание, - он сделал паузу и выразительно посмотрел на кошку, добавляя уже шепотом:
- Тебе было страшно? - он сделал шаг к ней навстречу, чтобы заключить в утешающие объятия. Своими словами и действиями он будто хотел оттянуть разговор о воистину серьёзном..

Отредактировано Странник (2014-06-11 23:00:01)

Странник тревожно смотрел, как глаза Нессеи закрываются; видимо, сейчас ей было очень тяжело - она с трудом говорила, отводила взгляд, а на морде отражалась усталость. В ответ на слова любимой желтоглазый лишь медленно качнул головой, мол, слов не нужно; сейчас тебе нужен отдых. Когда вдруг ставшая такой хрупкой и маленькой воительница оказалась заключенной в горячие объятия друга, воин слабо улыбнулся, думая про себя:
"Не помню, чтобы когда-то она не позволила мне обнять её. Она всегда позволяла.. она всегда была и есть добрая и милосердная. Даже в тяжелые минуты она не теряет красоты своего внутреннего мира," - снова задумался об этом он.
Нессея больше не плакала. А он, мышеголовый, растопленный и согретый присутствием своей возлюбленной, дал слезе наконец спуститься с века и сначала не спеша, а потом быстро скатиться по щеке к подбородку, оставляя за собой длинную дорожку. Это была слеза печали и радости одновременно; печали о том, что Нессея и Гнев так и не были вместе до конца своих жизней, и в то же время радости об этом; печали о том, что Нессее было больно от этих воспоминаний, и одновременно радости о том, что сейчас всё должно измениться. Многострадательная воительница наконец-то излечилась от своего недуга, она теперь вспомнила Гнева, и, оправившись после шока, сможет сполна насладиться близостью и заботой со стороны своего нового спутника в жизни.
Он ведь.. тоже любил её. По-настоящему любил.. не хуже Гнева. Может быть, несколько по-другому, но с такой же силой и яркостью - и пусть выражал он это несколько не так.. нет, он не мог по-другому.
Когда Странник прильнул к Нессее, сердце его содрогнулось - он ощутил, как она сейчас была слаба; и так вдруг захотелось её защитить - такую маленькую и беззащитную, как мотылёк, так яро и радостно летящий к огню и встречающий там свою погибель.. Воительница кивнула в знак того, что ей действительно было страшно; что ж, и не ей одной..
Он, Странник, тоже боялся; боялся потерять любимую, боялся за неё, но не за себя - себя он казнил и винил за то, что молчит и всё ещё лжет; внутреннее самобичевание, на самом деле, не утихало ни на секунду. За последние дни он успел несколько раз возненавидеть себя; жестоко возненавидеть.
- Нам нужно поспать, - тихо шепнул этот маленький, бледный и ослабший, угасающий лучик.
- Да.. Конечно.
Герой моего рассказа тяжело вздохнул и, осознав, что он тоже устал и не отказался бы от сна, зашагал следом за возлюбленной и улёгся неподалёку, постепенно засыпая под мерный шум рокового Водопада. Сон его был неспокойным - ему снилось что-то тяжелое, сложное для восприятия. Но внешне, казалось, ничто не могло бы нарушить его сладостный покой.

- Кажется, у меня будут котята, - вдруг сквозь сон прозвенел тревожный голос Нессеи над ухом. Янтарные глаза вмиг распахнулись, и еще несколько мгновений Странник пытался понять, кончился ли этим известием его сон или же фраза была действительно произнесена сейчас возлюбленной. Круглыми глазами глядя на сидящую рядом подругу, не двигаясь и еще не до конца вникнув в суть услышанного, он вдруг заметил, что в васильковых очах действительно теснится тревога.
И тогда, недоумевая от такой новости, герой моего рассказа медленно поднялся и вопросительно, растерянно заглянул в глаза соплеменницы; потом эти же глаза опустились и внезапно столкнулись с животом Нессеи, который, кстати, действительно был не на шутку округлён. И тогда Странник окончательно сбился с столку. "Может быть это - опухоль?" - стал быстро, но по-мужски тугодумно соображать воитель, не сводя взора озадаченных глаз с супруги:
- "Нет.. опухоль вроде бы выглядит по-другому.. тогда.. в любом случае, нам нужно как можно скорее вернуться в лагерь. К Росинке.. точно! И как же мы, мышеголовые дурни, раньше-то не заметили? Бестолковые!" - мысленно злился полосатый, однако ж где-то в глубь души закрались радость и даже ликование. Какая ирония! Темы с котятами не раз касались и слова, и мысли путешественников, а оказывается..
- И ты сказала об этом только сейчас, Нессея! Неужели ты раньше не чувствовала тяжести в животе? - проговорил он; с виду казалось, что он злился, но стоило только заглянуть в его желтые глаза, и в них можно было бы увидеть тепло. Он даже не заметил, разделяла ли любимая с ним его восторг.
- Мы сейчас же возвращаемся обратно, - распорядился герой моего рассказа и подался вперёд, обнюхивая живот любимой, а потом энергично проводя вдоль него тёплым шершавым языком; из груди стало издаваться урчание - мысль о том, что скоро у него и Нессеи будут котята, несказанно радовала его, не смотря на обстоятельства.
- Если бы я только знал, - сокрушался он, ходя теперь из стороны в сторону перед Нессеей:
- Если бы я знал, мы не пошли бы сюда.. тебе нельзя было так волноваться! Это слишком рискованно и опасно для наших котят! - сейчас его настроение резко менялось, как когда-то у его любимой по пути к Водопаду исполнения желаний - то он безумно радовался, то злился, то тревожился, то уже сейчас проявлял заботу к ещё не родившимся детям.
Сделав еще два круга вокруг Нессеи нервным шагом, он вдруг остановился:
- Сейчас же возвращаемся. Ты слышишь, Нессея? Сейчас же! - снова засуетился он, повторяя одно и то же, - Возвращаемся.. прямо сейчас!
И, очертя голову, бросился к выходу..
---------> Мшистая пещера -------> Река ---------> Сосновый лес

Отредактировано Странник (2014-06-14 20:27:17)