Бедный листок так и не поймали, ибо до решающего прыжка «принц с верноподданным» не дошли, остановившись на самом подкрадывании. Тело Мангустика было еще неуклюжим, нескладным, котенку еще даже не исполнилось пяти лун, а его уже учат охоте, в то время как нормальных котят в его возрасте матери дальше метра-двух от пещеры, коробки, или где там можно хранить выводок, погулять не выносят.
Наверное, у любой простой кошки-матери случился бы шок, узнай она, как Кай «заботится» о Мангустике, а именно — не потрудился найти нормальную замену родительнице; решил не оставлять в сарае, где много дичи и где легко следить за оборванцем; отправился с бедной малюткой в путешествие не пойми куда за больной зеленым кашлем сестрой. И это они еще не знали бы, что Кай допускает, что поиски, наверное, затянутся. Ну а котенок на морозе... Худшего кошмара для кошки-матери не придумаешь.
Впрочем, у одиночки на этот счет имелось свое мнение...
«Мой паж станет самым сильным, начав тренировки в столь раннем возрасте. А бои мы устроим сразу, как ему шесть стукнет»
...и это не очень обнадеживающее мнение.
Благо Мангустик не умел читать мыслей и о мытарствах, которым его собирается подвергнуть Кай, не догадывался, иначе бы бежал от этого садиста без оглядки. Впрочем, одиночка редко действовал со злым умыслом — все, что он делал, было во благо или ему просто хотелось повеселиться.
— Между охотой и рыбалкой есть разница, — отмахиваясь от букашек хвостом, заявил дымчатый, устроив себе перерыв, иначе свалился бы от изнеможения. Упорство, с которым он отнесся к тренировке, было достойно лучшей белки во всем лесу, — Когда ты охотишься, ты выслеживаешь дичь, крадешься. Когда рыбачишь...
«Выжидаешь. Скажи же — выжидаешь! Я ведь научил его этому слову? Или он о нем должен и так знать?» — Кай ненадолго задумался, но голос Мангустика вывел его из прострации.
— <...>Вдруг рыба не захочет подплывать конкретно ко мне? — и глаза будто побитой лани уставились на одиночку. Тот лишь усмехнулся, сдерживая смех.
Перед тем, как успокоить Мангустика, Кай вытянулся на земле, потягиваясь, а затем подмял лапы под себя. Он не старался так много, как дымчатый котенок, но иногда на него накатывала странная леность.
«К дождю»
— А ты ей улыбнись, и тогда рыба к тебе потянется... Шучу. Ты должен просто выжидать, — мудро изрек одиночка. — Или кинуть червяка, чтоб подплыли. Я видел, как это делают Двуногие. Тоже вариант. Но сначала придется найти червяка, — кот щепетильно передернулся.

Отредактировано Сирша | Кай (2016-08-17 09:41:48)

Мангустик прилег рядом с ним, и Кай тут же вспомнил о Сирше, о том, как лежал с ней, сплетя хвосты и уткнувшись в сестринскую шерстку. Они часто спали в одинаковых позах, а иногда и просыпались, как и засыпали, одновременно. Сейчас, когда Кай был далеко от родственницы, он думал — может, где-то Сирша застыла в той же позе, думая о пропавшем брате? Наверное, думает, что он её бросил, заранее похоронил и сбежал туда, где ему не надо будет беспокоиться о больной сестре.
Эти мысли давались Каю с таким трудом, что очень скоро былого задора на его морде не читалось, только растерянность. Он ведь действительно бросил её. О чем ей еще думать? Разве что она уже давно считает его мертвым или украденным Двуногими. Но... как же хотелось быть уверенным, что она тоже уверена: он жив, он вернется. И вот бы она думала, что он обязательно спасет её. Это ведь правда!
Они уйдут туда, где можно будет не бояться белого или зеленого кашлей. Не бояться никаких болезней. В крае, найденном её храбрым принцем-Каем.
«Мангустика, наверное, с собой туда возьму. Или он к тому времени решит уйти... Хотя нет, он мой верноподданный, а верноподданные господинов не бросают,» — убедил себя одиночка, не заметив, что все это время обнимал котенка хвостом, будто охраняя свое сокровище.
— Что это, Кай? — вдруг спросил Мангустик.
Одиночка проследил за взглядом крохи: тот смотрел на желтый опавший листочек, затем дымчатый придвинул его к себе. — Деревья... хотят переодеться?
Кай поднялся, мысленно посмеялся над детской наивностью и поднял голову к небу.
— Не совсем, Мангустик. Просто скоро солнце ослабеет, и станет холодно. А от холода листья на деревьях вянут — желтеют, краснеют... И падают. Дождинки тогда становятся чем-то вроде белого меха и спускаются с неба постоянно. И так до тех пор, пока солнце не станет вновь греть теплее. Сейчас оно греет сильно, но скоро, — одиночка запнулся, — скоро, — этот желтый листик оказался не единственным — на земле, пока что зеленой траве валялось еще несколько таких же. А приглядевшись, кот осознал, что они везде. Их было еще мало, однако это не отменяло главного: наступает сезон Листопада. — скоро воздух похолодеет, и все листья опадут, а цветы завянут, — Кай сглотнул. Он будто падал в пропасть. — Вся мята завянет...
Одиночка резко направился вперед, распушив хвост.
— Идем. Нам надо торопиться. Очень надо.
«Если бы я его бросил, то...» — самопровозглашенный принц отогнал эту мысль. Хороший господин не бросает тех, чья жизнь от него зависит. Однако подсознательно он жалел о том, что не оставил тогда котенка на произвол судьбы.

→ Хвойный лес

>>> Леса

Кто никогда не играл в "кэтджек" с разношерстыми одиночками, тот... На самом деле тот, кто никогда не делал этого, очень разумный и достойный всех похвал представитель вида кошачьего! Азартные игры никогда не доводят до добра. Серьёзно, лучше не надо. А то однажды вы непременно окажетесь в такой же ситуации, как и наш буро-белый котяра.
Блудник несся вперёд, конкретно не думая о том, куда его несёт. Впереди него были лишь деревья и кустарники. В зубах его был довольно увесистый улов из мышей, удерживаемых за хвостики единым разномастным букетом. Позади же вслед бродяги летели брань и крики гонящихся за Блудником котов. Они много всего странного про него там орали. И что "Мошенник!", и что "Дьявол!", и что "Отдавай моих мышей!". Странные они, согласитесь? Что толку их слушать? Некоторые просто не умеют признавать свой проигрыш и все.
"Вот почему в лесу так мало спокойных рассудительных котов, с которыми можно было бы остановиться и спокойно всё обсудить?" - в который раз уже иронично хмыкнул сам себе полосач, обрисовывая ситуацию, в которой он оказался, - "Ничего. Как-нибудь выберемся!" - взгляд упал на кроны деревьев, - "Надо переместиться на верха."
Изящности древолазания Грозовых воителей в Блуднике не было, он всё делал наобум и на автомате, вскочил на дерево как мог. Только мало чем это ему помогло, потому, что одиночки-преследователи поступили так же. Это доставило больших проблем всей их общей веселой компании, с Блудником в том числе. Коты запинались, путались в ветках, царапались о кору. Вперемешку с ругательствами на буро-белого кота посыпались новые фразы, вроде "Да он, блин, издевается!" и "Блудник, хорош уже, нам нужны наши мыши!". А Блудник бы и рад был ответить, но если бы он раскрыл пасть, то обязательно бы этих самых мышей и растерял.
А потом внезапно деревья кончились. Вот так вот просто, Блудник сиганул на последнюю из веток на пути и понял, что дальше нет ничего, лишь одна сплошная зелёная равнина, Двуножьи домики, поля и прочее.
"Помет барсучий!" - чертыхнулся кот, начиная спешно озираться по сторонам, чтобы хоть что-то придумать. Вдруг неожиданно он кое-что заметил, - "Это что.. лошадь?" - и действительно. В паре лисьих хвостов от дерева Блудника мирно пасся сам себе большой гнедой жеребец. Так далеко от пастбищ... Как он здесь оказался? Двуногие вроде как их так далеко от себя не отпускают.
Впрочем, да какая сейчас-то разница? Конь, это хорошо. Это прекрасно!
- Гривастый! Гривастый, эй! Кис-кис-кис! - Блудник попытался подозвать к себе животное. Он начал причмокивать, примяукивать, посвистывать. Чтобы конь уж наверняка его заметил, Блудник стал подражать вообще голосам всех животин, каких только повидал в своей жизни. - Ну же! Ииииа! Иа! Ква-ква! Пшшшшшр! Мяу! Мммааааоо! - одиночка отвлекся от своего занятия только тогда, когда услышал недоброе сопение за своей спиной. Он обернулся, пушистая длинная шерстка блеснула на солнце, - Привет, братва! Уже догнали меня! - буро-белый улыбнулся во все клыки.
Он поднялся на лапы, ещё раз глянул на коня внизу и вздохнул.
- Значит вам мыши нужны, да? Ловите! - с этими словами бродяга бросил свой честный выигрыш в морды преследующим его котам, а сам спрыгнул вниз с высокой ветки.
Жалко было конечно мышек, жалко было офигевших от такого поворота котов и коня было тоже жалко, потому что на него, вздыбившись по самый хвост, с дерева на спину спрыгнул какой-то безбашенный котяра. Конь взбрыкнул, подскочил на месте и тут же бросился вперёд. Блуднику было очень трудно, брыкающаяся конина, дернув своей гривастой шеей, даже зафиндюлила полосачу в челюсть, от чего кот чуть ли свой же язык не проглотил.
- Ох, да тише ты, тише, раздери тебя барсучина! - чертыхался Блудник и только спустя мгновение он кое-что понял. Он же скачет! Скачет на коне! На огромном, страшном и неуправляемом чудовище, которое скорее всего растопчет его копытами насметь, как только скинет со своей спины! - Это самый лучший день в жизни! Иииихххаааа! - довольно воскликнул он, не забывая держаться покрепче за своего скакуна.
А конь, тем временем нес кота куда-то, куда сам Блудник даже не подозревал.
Роща и недоумевающие одиночки совсем скоро остались далеко позади.

>>> Пастбище

Отредактировано Блудник (2016-11-13 10:34:01)

► Поле

Прошло некоторое время спустя после встречи с незнакомкой… Вурдалак смог найти своё место в дубовой роще под корнями огромного старого давно засохшего дуба, куда даже притащил несколько видов трав, которые в основном помогали при кровопотерях или болях в животе. Было немного и тех трав, которые успокаивали. В роще было не так тихо, как надеялся на то одиночка – птицы, как и обычно, пели, а где-то ходили (или прятались?..) то ли одиночки, то ли бродяги незнакомые Вурдалаку. Сам же травник сейчас, так сказать, «прохлаждался», пытаясь поймать маленького светло-коричневого крапивника который тем временем сидел на зеленоватой траве и пока не обращал на него внимание. Вот уже полчаса он пытается поймать эту неугомонную птичку, хотя пользы из неё как из козы молока. Неожиданно охота провалилась: во время подкрадывания к добыче Вурдалак случайно наступил на сухой листик и птица, в общем-то, заметила его и улетела прочь. Полосатый одиночка громко недовольно фыркнул, почувствовав на своём языке вкус неудачи. Но что же ему поделать, раз уж ему так не везёт? Возвращаясь назад к своему уютному убежищу, которое находилось недалеко травник смог заприметить фигуру той самой незнакомки, которая находилась возле озера под ивой и… рвала когтями землю?
— Ну почему я родилась именно тут…?! — ревела она, втянув назад свои когти.
«О мой Бог… — мысленно выразился одиночка услышанными от людей неизвестными ему фразами, — Только не это, прошу вас…»
Ой-ой, кажется, Вурдалак не успел упомянуть, что он не терпит чьи-то слезы, а в особенности слёзы обладательниц прекрасного пола.
— Почему я не чистокровная? Ведь мать была воительницей Грозового племени, а отец племени Теней…  они сбежали вместе и… — продолжала заливаться слезами черепаховая кошка.
«Стоп, подождите-ка… — вдруг посерьёзнел серый полосатый травник, — Племён?..»
Кажись, одиночка начинает догадываться, где он находится. А ещё, да, он не решался спросить у других одиночек, где живут те самые племена, куда он проделал столь длинный путь в поисках своего счастья.
— Грязнокровка… — закончила говорить незнакомка, закрыв глаза.
Вурдалак не понимал смысл этого слова, что она только что сказал. Грязная кровь? Но как это относится к её поведению? Ведь, по мнению, одиночки – это именно она виновата в том, отгоняет своим поведением других одиночек и бродяга. Или же во время разговора с кем-то незнакомка постоянно думает о своём происхождении, из-за чего её поведение теряет контроль?
«Да, она определённо странная сама по себе… Эта незнакомка…»
Пару минут (примерно пять или шесть) травник стоял, стоял на месте и ничего не делал. Только с молчанием смотрел и мысленно хотел подойти к кошке и поподробнее расспросить её о племенах. Ведь эта незнакомка – первая, с кем Вурдалак здесь познакомился, и только с ней он мог «нормально» поговорить. Но как уже упоминалось ранее – он делал это пару минут. Так что позже карлик всё-таки решился на это и смог подойти к кошке, а затем с глубоким спокойствием выдавить из себя тихий вопрос:
— Можешь… можешь детально рассказать мне об этих… племенах?