Я прибежала на склон. Здесь было множество молодых ростков, которые летом превратятся в заросли роскошных цветов. А еще здесь, как я предположила, можно словить мышку-другую.
Услышав негромкое шебуршание, я мигом насторожилась. Как учил всегда отец - главное, не подать виду, что ты заметила добычу. Если она до сих пор тебя не заметила, то не нужно прыгать от радости - надо сохранить это как можно дольше.
Припадаю животом к траве и наблюдаю за мышью, которую отчетливо вижу и чувствую в нескольких лисьих хвостах от себя. Затем отталкиваюсь задними лапами и набрасываюсь на добычу, прикончив одним укусом в горло. Тут же с урчанием съедаю ее и благодарю всех духов, которые послали мне сытный завтрак.
"А отсюда много чего видно", - закончив с едой, я умываюсь и смотрю вдаль. Этот горный склон довольно крутой, а внизу видно большой озеро. Вернее, я предполагаю, что большое. Отсюда он выглядит не более, чем лужица.
Я улеглась среди трав и начала наблюдать за тем, что происходит. Сейчас вокруг был и земной мир: мыши, жучки, растения, - а так же небесный. Мелкие птицы летали практически на одном уровне со мной, а когда летели в сторону леса и снижались, то и вовсе я смотрела на них как равная. Интересно, каково там в лесу? Им же всегда приходится задирать голову, так и устать можно быстро.

Я резко подскакиваю от знакомого голоса. Неужели не мерещится? Это же Крылатница!!
- Крылатница! - всхлипываю я, буквально подлетев и кинувшись ей на шею, как и привыкла быть искренней в своих эмоциях и чувствах, - Я... я ждала тебя. И еще - я больше не живу с Ежевикой, Симфонией и Сказкой. Я ушла, надеясь, что смогу жить с тобой, - так не хотелось отстраняться, я очень сильно истосковалась. Причем, не могу точно сказать, что меня тянуло к этой кошке. Но что-то тянуло точно. Скорее, безграничная дружеская симпатия, родственность душ. Мне казалось, что только рядом с ней я могу узнать что-то новое, что мне никогда бы не открылось, если бы жизнь продолжалась под крылышком у родителей.
Последний раз уткнувшись в ее шею, я наконец отстранилась и с сияющей мордочкой оглядела ее всю. Она ничуть не изменилась.
- Где же ты была все это время?

- А они... не волнуются за тебя? - спросила Крылатница. В моих глазах теперь читалась грусть, все же они мне были не чужие.
- Надеюсь, что нет. Но я уже не маленькая, и посчитала, что мне пора жить отдельно. Ты не бойся, они не сплавили меня тебе. Я просто хочу узнать кое-что, чтоб потом уже идти своей дорогой. И это можешь мне рассказать только ты, - я отлично помнила, как Крылатница вела себя в первую нашу встречу. Тогда она общалась с духами дня и ночи, а это было мне теперь ужасно близко. Ежевика и Симфония никогда ни о чем подобном не говорили, вряд ли они знали...
- Я была внизу, надеясь выучить несколько боевых приемов... некоторые я запомнила, мне их показали, а на другие - просто не хватило времени, я ушла. Захотелось в родные края, - сказала кошка, мурлыкая.
- Правда? Хм... а Ежевика тоже учил нас со Сказкой приемам. Хотя я не понимаю смысла - от кого здесь отбиваться... - беспечно сказала я, обмахнув хвостом окрестности. Никаких хищников, как уже я успела усвоить, тут не водилось. Разве только хищные птицы, но они предпочитали лишь селиться здесь, устраивая свои гнезда, а охотились на лесную дичь, которая водилась на пустоши.

- И что же я такое должна тебе рассказать? - Этот вопрос поставил меня в тупик на некоторое мгновение. А потом я невинно улыбнулась и сказала:
- Эм... всё, - но потом, поняв, как, наверное, испугала Крылатницу, я поспешно добавила, - расскажи, зачем ты делаешь те зазубрины? Чьи голоса ты слышишь в пещере? С кем ты общалась? Это духи дня и ночи, да? Я общалась с духом ночи, она ко мне тоже приходила! - с детской еще восторженностью мяукала я, не задумываясь о последствиях. Это ведь всегда так - тело становится взрослым, а разум еще детский. На то и подростки, каким я была.
Но оказалось, что у Крылатницы тоже был вопрос ко мне.
А кто-то из твоих родителей... жил в племени?
Лично я никогда не придавала этому значения. Чего же Крылатница так заинтересовалась? Но я все же ответила:
- Симфония иногда рассказывала нам с сестрой сказки. Сказки были о котах с низин, о неких Грозовых котах. Как-то раз Ежевика услышал об этом и страшно рассердился, наругав Симфонию. С тех пор она перестала упоминать о племенах, - Арника тяжело вздохнула. Что же там такое, что родители скрывали?

- Зазубрины... в первую очередь для того, чтобы не сбиться со счету дней и ночей... а во вторую - я так воздаю почести Духам, - сказала Крылатница. Я медленно кивнула. Про первое я догадалась сразу, что и продолжила делать. Но как же это чествует Духов?
Никакие голоса, я, к сожалению, не слышу. Я общаюсь с Духами, да, Дня и Ночи, но они ко мне не приходят... хотя я чувствую их присутствие, я чувствую, что они могли бы ответить мне! Тебе повезло, что Дух Ночи к тебе приходила... а ты можешь описать, как она выглядела?
- Она была белая с рыжими и черными пятнами, а еще по бокам у нее белые круги. Еще у нее были синие-пресиние глаза, но они как будто светились изнутри и выглядели бирюзовыми. - Я отлично помнила ту встречу, словно это было вчера. Хотя прошло немало времени, - она словно живет в мелодии, которая иногда звучит у меня в ушах. Словно она и есть эта мелодия. Возможно, это странно. Сказка наверняка посчитала бы меня странной, - насупившись, я некоторое время молчу. Пожалуй, пора уже уходить отсюда. Птицы начали по-вечернему кричать, а это означает тревожный час. Ночью может быть холодно.
"Ну и куда мне теперь идти? Если Крылатница скажет, что я могу пойти с ней, то я пойду. Если нет - найду другую пещеру", - так решила я для себя. Но напрашиваться и заговаривать об этом первой не стала бы, даже если бы уже сейчас начала околевать от холода.

Отредактировано Арника (2013-05-26 20:52:34)

[Отныне 3-е лицо.]

- Наверное, эта мелодия очень красиво звучит. Раз ты ее не забываешь, - сказала Крылатница, на что Арника, повеселев, кивнула. Хорошо найти кого-то, кто не считает тебя не от мира сего. Возможно, Крылатница тоже одинока в этом отношении. Ну чтож, если одна одинока, другая одинока, то вместе они уже не одиноки. И вместе гораздо веселее. Эта простая логика была понятна полосатой кошечке еще когда она зачем-то стала искать Крылатницу в первый раз, обнаружив, что ее пещера пустует. - Но уже вечереет, и пора идти. Можешь жить у меня сколько вздумается, вдвоем будет только теплее.
- Правда? Здорово! - мяукнула Арника, представляя, как им хорошо будет вместе.
"Интересно, а Крылатница знает Гаафа? Или только Ежевику? Надо будет обязательно познакомить ее с Гаафом, он такой умный, наверняка ей будет о чем с ним поговорить!" - подумала горная кошка, шагая за Крылатницей. Она со свойственной себе простотой восхищалась этим серым котом и любила его, но не так, как любят кошки с тех далеких лесных земель. Если Арника любила, то это не причиняло ей боли. Наоборот, ей нравилось, что она кого-то любит. Того же Гаафа, Крылатницу, Сказку, Ежевику с Симфонией... это было заложено в самом ее существе.
>>> Бывшая берлога медведя

Отредактировано Арника (2013-05-27 19:35:20)

>>> Расщелина

Воин нёсся не разбирая дороги, не глядя под лапы. Закусывая до крови губы, он лихорадочно вдыхал разряжённый горный воздух, настолько осточертевший... Настолько ядовитый, что перед глазами начинали прыгать круги. <Замечательно, может быть, моё сердце выпрыгнет из груди и я умру, не видя как вымрет Племя Теней.> По дороге он безжалостно драл когтями каменистую породу и редкую траву.
Ветер чихнул ему в спину и Фен недовольно рыкнул. Он бы с удовольствием сейчас подрался... С кем угодно, как угодно. Хотелось впиться когтями в живую плоть, "поделиться" своей болью, своим отчаянием. Задыхаясь от ненависти, рыжий остановился и задрал голову к далёкому небу.
- За что ты бросило нас, Звёздное Племя! Ты хочешь, чтобы мы все подохли здесь!!! - издав протяжный вой, Феникс осел на землю, не замечая ничего вокруг кроме неприязни. Она была разлита везде, в ярких полевых цветах, слепящем солнце, снежных вершинах... - <Наши родные земли... Что сейчас с ними? Небось рыбомордые и грозовые поделили их...> - при каждой такой мысли хотелось резко развернуться и кинуться обратно, впиться в морды нарушителям и вытряхнуть наглецов с родных болот.
Воин лёг на остывающую землю, чувствуя себя как никогда потерянным.

Внезапно. Раздался голос. Феникс невольно вздрогнул.
- Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, - эта была Пыль. Рыжему бы очень хотелось, чтобы на её месте была Сербренница. Признаться, воин не думал, что подруга разделяет его взгляды на сложившуюся в племени ситуацию.
- Серьёзно? - кот поднялся, в его голосе была ирония. Он взглянув в глаза соплеменницы, пытаясь понять, не шутит ли она. В конце концов, не все одинаково переживали отлучение от дома.
Порой Фен даже думал, что излишне драматизирует. Делов-то! Но каждый раз приходил к выводу, что лучше помереть на родных землях, чем сгинуть в бездонных горных ущельях, на незнакомой земле.
- Как там наши земли, - протянул Феникс, выдыхая облачко пара. - Небось, там уже разгуливают Грозовые отбросы. Или рыбоеды, - он невольно выпустил когти. - А мы... здесь! - он зло махнул лапой, будто пытаясь зачеркнуть лежащий перед глазами пейзаж.
Странно, ведь будучи кадром весьма активным, Фен любил новое. Однако, как выяснилось, не когда у тебя из под лап полностью вырывают почву.

- На старой территории я не чувствовала себя такой одинокой. Там было все знакомое и родное, - откровенно призналась Пыль. Пожалуй, больше половина племени могла признаться в этом.
- Но мы здесь... И неизвестно, сколько пробудем в этом месте. Может быть, Крылозвёзду вообще понравится и он решит остаться в горах навсегда! - от одной этой мысли рыжему становилось не по себе. Достаточно, что он и так не поддерживал странное решение предводителя с самого начала. - <Может, Ромашница вообще видела обычный сон! Сумрачное Племя никогда не убегало от проблем. Мы не какие-нибудь трусы!>
- Здесь я чувствую себя будто бы брошенной. Как думаешь, звездные предки последовали за нами? - продолжала кошка.
- Я не знаю, - пожал Фен плечами. - Я же не целительница.
Он ненадолго замолчал.
- Но за это время чуть не умерла Серебренница, мои дети, Полёт сорвалась в пропасть... И кто знает, что с нами произойдёт ещё, - янтарные глаза воина недовольно сверкнули. - Может, стоит сходить обратно и разведать... Может, можно уже возвращаться?
Идея наконец-то прорвалась на поверхность сознания. Феникс был готов хоть сейчас пускать в обратный путь по опасным горным тропам. Даже совершенно один! Но ему так неимоверно захотелось ступить на родную землю, ощутить под лапами пружинистые иголки, вдохнуть запах торфа и мха... От одного воображения сердце пускалось в страстное танго, и окружающее пространство казалось ещё более тусклым, даже, немного поганым.