— Зимние шпионы? Забавно. Я бы воровал у них целебные травы, — «для Росинки, чтобы спрашивать, что и от чего», мысленно добавил Кай, вернее, хотел сказать, но вовремя умолк. Лишние расспросы по поводу их неучительницы сейчас не нужны. — и еду. А ещё я своровал бы у какого-то их предводителя девять жизней, — задумчивее добавил котёнок, разглядывая лапы.
Близнецы знали, что у вожаков племён есть какие-то девять жизней, и ровно девять раз, если получили тяжёлые травмы, они не умирают благодаря этому Дару. Сирша хотела бы себе и Каю девять жизней. Они разделили бы их так, чтобы одна лишняя досталась белой. Кай живучий, а от выкрутасов его страдает по большей части сестрёнка. Котик тоже хотел девять жизней, но последнюю, наверное, оставил бы себе.
— Не знаю, где они их прячут. Наверное, съедают.
«Тогда и последнюю жизнь мы сможем разделить на двоих?»
— Жуткие, говорите. У нас не очень часто придумывают подобные вещи. В основном все светлое и хорошее... Но есть одна. Не столько жуткая, сколько... странная. Могу рассказать вам ее, если хотите. Только чур - сильно не пугаться, ладно?
Сирша хихикнула, всё так же сидя у входа в пещеру.
Её близнец только ухмыльнулся:
— Не испугаемся.

Понятие «сказки» у котят было неправильным, очень неправильным. Они в их понимании бывали двух типов: «добрые» и «страшные». В добрых творились чудеса. Страшные, по сути, были просто жуткими реалистичными рассказами, но очень аккуратно, специально для маленьких котят изложенные.
«Страшная сказка» в понимании близнецов была чем-то, что рассказывает о кошмарах реальности. Раньше они жили в городе. Их страшные сказки были про узкие переулки, собак, ненадёжные коробки-дома, которые в любой момент могли перевернуть лапой Двуногие и вышвырнуть одиночек на дорогу, лишь бы не пачкали пространство рядом с Гнёздами. «Сказки» про животных с изуродованными мордами, какой-нибудь лежащий на тротуаре или тропинке ослепленный новорожденный котёнок, бродяг, жадных до любого мяса, даже если это мясо принадлежит их сородичу. Разъезжающие по асфальту «чудовища», как их называют племенные, невыносимое «бип-бип» и свет фар, от страха перед которым тело немеет.
Реальность. Жестокость. Ничего мистического. Там, где начинается страшное, волшебство кончается.
Близнецам хотелось узнать, каковы ужасы её реальности. Без Двуногих и прочего, что можно найти и чего следует бояться в городе.
«Наверное, она расскажет о болезни»
«Может, её страшная сказка — о крупных хищных животных? Или про таких же котов-бродяг?» — полная любопытства Сирша незаметно подкралась к Джей Ли.
— <...> Испокон веков на землях моей родины ходила легенда о коте, носившем имя Вильям. Он родился обычным. Как я и вы. Его шерсть была бурой, а глаза горели янтарем <...> — котята задумались. Таких страшных сказок они не знали, где главный злодей простой и... — <...> И все были уверены, что Вильям вырастет в могучего воина, способного защитить всех. И молодой кот оправдывал их надежды. — и был когда-то хорошим. Если его все любили, зачем он изменился? Это же глупо. Близнецы нахмурились. — Но однажды... к нам на земли забрел странник. Старый кот, чей мех нес пыль дальних стран, а глаза - древние знания. Он попросил приюта у семьи Вильяма. И они, по доброте душевной, пустили его на ночлег. Все было хорошо. Но наутро... наутро и старик, и молодой Вильям исчезли. Их искали, но все было тщетно.
Кай тут же решил, что всё понял.
«Он его съел, да? Но старик ведь не может завалить большого кота!»
— <...> Одну из семей нашли мертвой в собственных подстилках. Отец... мать... Единственная, кто осталась в живых, была их дочь.<...>
Теперь история приобретала зловещий оттенок. Кай словно получил все доказательства, что старик был каннибалом и решил поживиться в их долине свежим мясом, но понять, как ему всё это удалось, не мог. Магия? Волшебство? Разве может оно быть плохим? Это ведь чудеса и только хорошее, из сказок для малюток.
«Значит, есть какая-то тайна» — но легче голову сломать, чем раскусить эту тайну. Сирша была того же мнения. Она оставила попытки обо всём догадаться тогда, когда Джей Ли сказала, что кот со стариком куда-то делись.
— <...> Говорят, что за несколько дней до гибели все они, как один, внезапно стали нервными, дерганными, перестали общаться с другими и, в конце-концов, укрылись в своем логове, которое и стало их могилой. <...> Одно за другим... И все, как по плану: паранойя, затворничество, смерть. Пытались отследить следующих жертв - но было бесполезно. "Стражники" или засыпали, или не успевали, или их попросту вырубали. А когда они очухивались - дело было сделано. <...>
— Плохие стражники? — белая кошечка передёрнула ушками. Конечно, Сирша имела в виду, что стражники были в сговоре со стариком. Наверное, они были каннибалами, как и сам он, и придумали всё это давным-давно, встретив старика на границе и разделив с ним трапезу в виде какого-то котяры. Это многое объясняет.
Кай шикнул на сестру, а сам, тем временем, думал о том же.
Просто они уже слышали сказку с подобным началом. В конце каннибалы всех съели.
— <...> Как в здешних племенах, у нас тоже был Лидер <...> И вот один раз Лидер, будучи в своем логове, встретился с тем же самым стариком. Кот словно бы появился из неоткуда, сильно напугав Лидера как своей неожиданностью, так и своим видом. Старый кот склонился над ухом молодого и сказал всего одно слово, после чего быстро исчез... <...>
«Ч...»
«Чего?!»
На мордашках близнецов отразилось всё потрясение от разрыва шаблона.
— <...> С тех пор бойня прекратилась. Но никто так и не смог понять, почему такой отважный, талантливый и умный кот внезапно ушел из дома, примкнул к таинственному страннику и стал хладнокровным убийцей... Поговаривают, что он так и погиб в чаще. И теперь его дух ходит меж густых ветвей и кустов, расправляясь с каждым, кто задумал забрести на его территорию... А те, кому удавалось выжить, рассказывали, что перед тем, как приходит сам Вильям, к ним подходил тот самый старый кот и говорил свое неизменное "Мне жаль... Но судьба должна свершиться..." — Джей Ли наклонилась к уху Кая. Тот качнулся назад, отодвигая голову от рассказчицы. — И последнее, что они слышали... было слово... "Смерть...".
— Жуть. Но сказка неправильная, — проворчал котёнок, однако, своих жутких историй рассказывать не хотел.
«Они... другие. Они ей не понравятся. Она назовёт их по-другому и скажет, что мы мышеголовые, раз считаем это сказками» — Кай быстро понял, как Джей Ли понимает это слово.
— То место у нас так и называется. Чаща Вильяма. Я проходила рядом с ним однажды. Страшно было. Кромешная тьма... Странный холодок... И ощущение, что кто-то за тобой следит...
— Брр. — Сирша даже загривок распушила.
Котята уже легли на землю пещеры вокруг чёрной одиночки и медленно засыпали.
— Спокойной ночи. Кай, Джей...
К утру их в пещере не было. Проснувшись и увидев, что метель кончилась, они поспешили обратно в сарай, к Росинке и Восходу. Мир тесен, ещё встретятся с разноглазой странницей.

———>К Одинокому Сараю и Дубу

<<< Тенистая роща
Мастер прекратил физически издеваться над Мракокрылом где-то к третьему дню их чудного времяпровождения. Он успел осознать, что к моменту встречи с Ивой котик должен хотя бы немного быть в нормальном состоянии, иначе кошка, привязавшаяся к нему, как к сыну, ни за что не захочет сотрудничать с Мастером. Так что сейчас он чаще улыбался, ворковал рядом, когда казалось, что Мракокрыл вот-вот упадет в обморок от ужасов, которые ему пришлось пережить. Но похоже, ни одно из этих смягчающих и располагающих к себе жестов не возымело нужного эффекта.
Ведь любому хватит и часа с Мастером, чтоб потом быть уверенным, что он ни капельки не подобрел, и все это лишь выжидание, и что за каждой улыбкой скрыт зловещий подтекст. Что-то вроде так любимых им игр. Но его ученик мог лишь догадываться, когда эта игра закончится. Будет ли так всегда, или Мастер снова вернется к первоначальным развлечениям.
Увы, однажды побывав в клетке с лютым монстром и увидев его истинное лицо, уже никогда не сможешь думать, что он безобиден. Мастер же заставил Мракокрыла испытать все и сразу - и пытки, и страдания, и видеть беспощадное убийство, и даже принять в нем не последнее участие. Так что позже надо будет, если в этом будет необходимость, велеть ему не дрожать как осиновый лист, стоя рядом, когда они предстанут перед белой Речной воительницей. Мастер мог это приказать, хотя это не зависело от Мракокрыла по большому счету, ведь ты никогда не можешь заставить себя испытывать какие-то эмоции. Но вдобавок он знал, что тот убьется о дерево, но перестанет дрожать. Потому что ослушайся Мастера, и последует боль. Все просто в этом мире.
Прошло около семи дней. Кремовый кот критично осмотрел лапу Мракокрыла, и на морде его появилось то самое выражение, которое можно было расшифровать в зависимости от настроения убийцы. Но черный одиночка мог не волноваться - Мастер был вполне добродушен сейчас.
- Почти и не видно! - громко воскликнул кремовый кот, пугая сидящих на ближайших ветках деревьев птиц, - Даже жалко, я что, зря старался, - Мастер ухмыльнулся и хлопнул Мракокрыла по плечу хвостом, - с завтрашнего дня начнем сражаться. По-моему, ты стал каким-то хилым, - ну конечно, попробуй-ка разжиреть рядом с ним. Жиреют только от хорошей жизни без стрессов. И все-таки, Мракокрылу нужно было уже подумать о том, чтоб наращивать мышечную массу. Решено.
В эту неделю они ничем особо не занимались. Вели обычную жизнь двух одиночек: выживали и ловили еду. Единственный случай лишь был забавным, когда Мракокрыл и Мастер проходили мимо озера, и кремовый заметил страх черного кота к этой стихии. Мастер решил все самым быстрым и действенным способом: схватил за шкирку и опустил в воду, не давая выбраться, пока тот не понял, что вода сама держит и ничем не угрожает, в отличие от того же Мастера. Дав Мракокрылу вылезти лишь тогда, когда тот это смекнул, а еще когда самому Мастеру наскучило это развлечение, он повел его дальше.
Так вот, сейчас был вечер, а с завтрашнего дня Мастер собирался добавить к охоте и внезапно полюбившимся урокам плавания еще и обучение бою.
Для ночлега они нашли большую пещеру - гораздо более большую, чем убежище барсука или норы лис, в которых они останавливались до этого. Уверенно зайдя внутрь, Мастер принюхался, осматриваясь.
- Никого нет и не ожидается. Падай, - кремовый кот, не заботясь о подстилке для себя, в свою очередь лег в дальний угол, чтоб ему не мешал свет звезд. Он уже не караулил Мракокрыла. Вряд ли тот осмелится убежать. Это было что-то вроде ошейника, но невидимого, на психологическом уровне.
Ночь вступала в свои права. Мастер изо всех сил сомкнул веки, слушая стук барабанов. Он не прекратился после перерождения, как оказалось, хотя долгое время не проявлялся. Или для кота стало просто привычным фоном слушать его. Стиснув зубы, Мастер обхватил лапами голову и отвернулся к стене.

- Я соберу мох на подстилки, мы в пяти минут отсюда видели...
Мастер даже не пошевелился, никак не отреагировав на эту фразу. Ему было все равно. Тогда Мракокрыл вышел из пещеры, видать, отправляясь выполнять задуманное. Мастеру было до того... тошно, что он бы ничего не предпринял, если бы тот и вовсе не вернулся. Если описать состояние в пару слов, ему было сейчас ну совсем не до своего пленника.
Но он вернулся, и это было предсказуемо. Как уже Мастер отметил, было нечто помимо физической несвободы. Как тот, кто всю жизнь прожил домашней киской, и, даже с открытой дверью ни за что не рванет в лес, так и тот, над кем издевался Мастер, не сможет сбежать, боясь даже самой возможности наказания.
Наконец юный кот уснул, и Мастер почувствовал подобие одиночества, по которому уже соскучился. Раньше он всегда был один, наедине со своими барабанами в голове. Любую ночь можно переждать вот в таком состоянии, ведь барабаны только его, и на утро никто не спросит, почему не спалось. Просто некому. Да он и не желал ни перед кем отчитываться.
Вот только одна поправка - сейчас он все же был не один. Лучше бы Мракокрыл не просыпался внезапно и не лез к нему. Мастер был подавлен, а в этом состоянии его никто не должен видеть, особенно тот, над кем он имел власть.
- Все нормально? - негромко спросил черный кот.
- Это барабаны, - приглушенно ответил Мастер, и шепот отразился от стен пещеры, звонко раздавшись в тишине. Его голос был напряжен, но слышалось, что он не колеблясь ответил. А почему нет? Ему не то, чтоб хотелось с кем-то поделиться, он просто пользовался этой возможностью, - Нескончаемые... они всегда преследуют меня. Раз-два-три-четыре, раз-два-три-четыре, - его голова раскалывалась, но он все же оторвал от нее лапы и приподнялся, глядя на Мракокрыла со злостью из-за того, что тот подошел. Странно, но в голубых глазах, которые единственными были видны во мраке ночи, было сопереживание. Это насмешило Мастера - удивительно! Он его калечит, а тот переживает, видите ли! Да этот юнец мазохист, не иначе. Мастер вздохнул. Казалось, его только такие и окружают, или он делает их сам такими. Если тебя окружает одна боль - сделай ее своей любовницей, потому что ничего больше у тебя не осталось. Как прозаично.
- Ты ничего не можешь сделать. Даже он не смог, - пробормотал кот. Как и в любой другой ситуации он не одернул себя, не сказал себе "а с чего ты решил, что он что-то хочет сделать, чтоб облегчить это?" Ведь несмотря на то, что Мастер должен бы испытывать угрызения совести за то, что сделал с Мракокрылом, он был социопатом, а это означало - никаких душевных страданий за кого бы то ни было. Так что сейчас Мастер отрицательно качнул головой, пускай в темноте и не видно. Попытка помочь была засчитана. А то, что Мракокрыл хотел помочь, Мастер определил сразу - тот был хорошим котом. Хорошие коты стремятся помочь, это закон мироздания. И всегда сами страдают.

Отредактировано Мастер (2016-11-08 08:08:44)

- О ком ты говоришь? Мастер... - кот вскинул голову. Это первый раз, когда Мракокрыл назвал его по имени. Благо отвечать, про кого говорил кот, не пришлось - черношерстный сразу сменил тему, словно почувствовав, насколько опасно это было для него. Умел уже чуять, в какие дебри лучше не вдаваться. Хотя... напрасно, ведь Мастер не хранил Кедра как того, о ком никому не расскажет, - Может, это духи. Я тебе о них говорил. Они хотят достучаться до тебя. Впусти их, дай им сказать. Я могу помочь. Я могу провести ритуал, и ты ух не только услышишь, но и увидишь... Они могут лишить тебя боли, подарить все, что захочешь! - затараторил молодой кот.
- Они не могли вернуть меня обратно! - мяргнул Мастер, распушив шерсть. Но потом улыбнулся и снова сел, наклонив голову и кокетливо наблюдая за Мракокрылом исподлобья, - Ты, верно, забыл, кто я. Повелитель над смертью, вот почему меня зовут Мастером. Я вернулся оттуда, откуда не возвращается никто, и можешь мне поверить, с мертвяками мне не более интересно, чем с вами. Хотя и с вами тухло, так что можешь соотнести, - поморщился он и резко отошел, усаживаясь спиной к Мракокрылу.
- Это стук другого рода, - с переменившейся интонацией вновь заговорил кот. Слова вылетали со свистом, Мастер приглушил голос, делясь сокровенным. Барабаны, без которых он не смог бы уже представить себя. О, как бы он хотел, чтоб этот назойливый стук прекратился. И в то же время как бы он страдал, если бы его вдруг не стало. Эта двойственность не могла дать ему определиться, чего он хочет, - Они призывают меня к войне. Этот стук означает, что смерти не должны заканчиваться. Что-то грядет... что-то грядет... раз-два-три-четыре, - как фанатик, убежденный в своей идее, шептал Мастер, - И ты с этим как-то связан, да? Они никогда не становились такими громкими, - он резко вскинул взгляд на Мракокрыла, его зрачки сузились и расширились за какие-то доли секунды.
- Я знаю, о чем ты думаешь, - вдруг сказал кот и рассмеялся до слез в глазах, - Что я сумасшедший, что никаких барабанов нет. Он тоже так говорил! А потом бросил умирать! - С каждым предложением напряжение росло, и что бы Мракокрыл ни пытался говорить в оправдание, это было бесполезно, - Я знаю, что ты хочешь сбежать. После всего, что я для тебя сделал! - в его устах это звучало так, будто Мастер всю жизнь положил на то, чтоб Мракокрыл жил и процветал, хотя взгляды на то, как выглядит процветание, у них явно рознились.
- Признайся - хочешь! - прошипел кремовый кот, опасно приближаясь и заставляя Мракокрыла отступать, - И не вздумай врать мне!
В воспоминаниях Мастера мелькнуло то самое, спрятанное так глубоко, что порой он даже сам не понимал, реально оно или нет. Особенно трудно было понять, реальны ли воспоминания из прошлой жизни. Все-таки нахождение в мире духов в виде бесплотного сгустка энергии, от которого осталось лишь сознание, никому еще не шло на пользу. Мастер даже не знал, сколько времени там был, лишь подсказки, собранные после возрождения на земле, дали ему понять, что был он там всего луну. А для него тянулись годы...
Так вот, в том воспоминании он чувствовал одиночество - его отвергли, предали. Потом это чувство преобразовалось в ярость. Прямо сейчас ярость выплеснулась, поскольку в глубине души он боялся вновь почувствовать то унижение от того, к кому успел привязаться. Выгони его раньше, представив все так, будто это ты был инициатором, а не он. Не дай себе снова почувствовать себя не нужным. Почему Мастер подумал об этом только сейчас? Ведь Мракокрыл ненавидел его все это время. Возможно, потому что осмотр показал - лапа зажила, и больше черного кота тут ничего не держит. Когда последуют попытки сбежать - дело времени.
Мастер наступал, прижимая Мракокрыла к углу.
- Все могло быть иначе, - низко рычал он, - Если бы ты захотел остаться со мной, ты бы не пожалел, - он не приемлел никаких отрицаний, более того, если бы Мракокрыл вдруг начал говорить, что это не так, он бы кинулся на него и вновь оставил рану поверх уже почти заживших... Мастер, убивший многих, везде видел ложь и лицемерие во имя спасение котами их жалкой жизни. Если бы убийца, у тебя точно не лады с доверием.
Но он так или иначе напал, когда только предоставилась возможность. Оттолкнувшись посильнее, Мастер вскинул когти, бросаясь в сторону черного кота. Но что-то пошло не так, и кот промахнулся, и когти с противным скрежетом прошлись по своду пещеры. Однако его желание закончить то, что он начал когда-то ясно отразилось в янтарных глазах. Мастер готовился к новому броску. Выход у черного одиночки был только один: спасаться бегством.

Отредактировано Мастер (2016-11-09 17:26:05)