Когда Грачехвост ответил робкому чаянью в душе Невидимой, она всё-таки не сдержалась и опустила взгляд вместе с тяжелеющей головой, будто спрашивая у холодной земли совета. Ей казалось, что она ослышалась. Но вместе с тем осознание степенно доходило до неё, позволяя разрастись в груди кругу болезного, но по своему тёплого чувства.
В этот самый миг кошка не видела лица Грачехвоста, но почему-то точно знала, что сейчас он тоже прервал невыносимые контакты, зажмуривая голубые глаза. Невидимая поняла: в сыне плещется не меньше чувств, чем в ней самой. Просто до поры до времени он умел с ними бороться, делая это смутно знакомым почерком, напоминающим всегда по своему мудрые поступки Шелеста Звёзд.
- Потому что мы всё равно семья, вот почему! - Невидимая вздрогнула и резко подняла глаза, чувствуя, как огненные искры, будто переданные ей сорвавшимся сыном, расплываются по телу.
- Потому что у меня не осталось никого! Я сам всех оттолкнул, я! Не ты, и не Чёрная Комета, и не Колос! Я это сделал! Сам! И никто не должен из-за этого страдать, понимаешь? Никто! - каждое пламенное слово сына ударяло как плеть и откликалось в душе Мглы так, что в какой-то момент она легонько затряслась от молчаливо рвущихся наружу слёз. Достаточно было сделать ещё шаг, чтобы тусклый свет обнажил этот тоскливый блеск в её глазах, но она не трогалась с места, в оцепенении слушая сына.
В отражении его глаз она видела себя в молодости, повернувшуюся хвостом к своей семье, оттолкнувшую мать, брата, отца, а после отрекшуюся от собственных детей. Грачехвост и Чешуйчатый никогда не простят ей этого. Никогда. Она сама своими лапами долгими лунами создавала для самых близких опасные ситуации, и после тяжелыми, чудовищными поступками она пыталась искупить свою вину жалкими попытками спасти хоть кого-то из них.
Но её, Невидимой, вина была неискупима. И теперь, слушая речь Грачехвоста, она, казалось, понимала это как никогда прежде.
<Я так виновата перед тобой! Перед вами всеми... Вы все так страдали, и страдаете до сих пор. А я ничего не могу!> - так хотелось сказать ей, но так было нельзя. Она так не могла.
- ...Во сне я свободен, а вне сна я никто, понимаешь? И поэтому я и обратился к прошлому. И к тебе, - последние слова гулко кольнули сердце, и Мгла, не выдержав больше, подалась вперёд окончательно и зарылась в пахнущую одиноким морозом ломкую шерсть сына. Как по чьему-то велению, в ней запутались неловкие снежинки, слегка обжигая щёки и нос серебристой кошки. Так, не видя лика Грачехвоста, говорить было не так тяжело.
- Грачехвост, мне столько нужно тебе сказать, - тихо произнесла Невидимая, и её окутанный мертвенным эхо голос предательски дрожал. Она чувствовала страх, что воин скоро проснётся и больше никогда не встретится с ней, или что в любой момент в сон полосатого нагрянет навести порядок кто-нибудь из Звёздных предков. Так что Мгла очень держалась за этот миг и говорила торопливо, на одном дыхании, словно бы боясь не успеть:
- И я столько хочу ещё услышать... Поверь, я понимаю тебя, как никто другой. Я очень прошу, позволь мне помочь тебе. Позволь стать твоим проводником в прошлое, если я действительно тебе нужна, чтобы выстроить до него мост. С моей помощью ты обязательно поймёшь, кто ты, поймёшь, что стоит за твоим рождением, и что за тени давно минувших дней безнаказанно преследуют тебя. И однажды и вне твоих снов ты будешь смело глядеть в глаза своему отражению, не желая тут же отвести от него взгляд, как я когда-то... Я так хочу помочь тебе в этом, и если хотя бы теперь я в силах сделать для тебя хоть что-то, то я.. - она вдруг замолчала, чувствуя, что в груди уже не хватает воздуха.
Отредактировано Невидимая (2021-12-10 01:24:49)