Такое простое и лёгкое признание Гадюки сокрушило уверенность и чувство собственного превосходства Стрелолиста. Он буквально осязал, как нить инициативы выскальзывает из его лап, и был этим слегка ошарашен.
- Только не думай, Стрелолист, что тебе в следующий раз не сойдёт это с лап, - чеканила слова кошка, а воин, между тем, для себя решил, что именно так он и думает. И в следующий раз. И в следующий-следующий раз. Обязательно сойдёт. - <...> Поэтому нельзя подпускать их слишком близко, иначе можно сойти с ума, - закончила свою речь Гадюка и, словно в подтверждение своих слов, приблизилась к Стрелолисту настолько, что он смог бы сосчитать все шерстинки на её мордочке, если бы время вдруг остановилось. Но не остановилось, пока нет.
Кот выдохнул, нарочно сильно, и пар его дыхания всколыхнул чёрные блестящие усы воительницы, а в следующий миг он, потерявший бдительность и слегка разомлевший под горящими угольками глаз коварной искусительницы, получил неожиданный подарок, но не тот, на который рассчитывал. Воин недоуменно встряхнул головой, избавляясь от наваждения, и успел зацепиться глазом только за кончик чёрного хвоста, мелькнувшего в полутьме. Ухо ещё хранило ощущение мягкой лапы соплеменницы.
- Что ж, - нарочно громко сказал Стрелолист, - вижу, ты всё-таки жаждешь водных процедур. Хорошо. Я лично прослежу, чтобы ты как следует отмылась.
Кот встал и не спеша пошёл во мрак, в подстроенную ловушку, заранее готовясь к прыжку сверху, к подножке, к вязкой трясине, в которую его могла бы столкнуть Гадюка. Он шёл, почти не оглядываясь по сторонам, распушив белёсые усы и улавливая ими колебания воздуха, малейшую вибрацию, которая выдаст, закричит, завопит: "Она здесь, Стрелолист!". И слух. Сумрачный воин знал, что нетерпение, с которым она бросилась бежать, до сих пор ещё не отпустило кошку. Гадюка может шумно выдохнуть, шевельнуть хвостом или просто неосознанно скрести когтями землю, ожидая, когда добыча приблизится достаточно близко. И тогда он будет готов. Уши Стрелолиста подрагивали, а лапы ступали бархатно, почти беззвучно, словно бы он охотился на Гадюку, а не наоборот. Хотя может так оно и было.
Видит ли она меня?
Стрелолист на миг замер и мягко опустился животом на землю, пытаясь уловить вибрацию земли, но земля была глуха к исканиям кота. Значит, воительница затаилась и ждёт своего часа.
Не дождёшься...
Кот встал и вновь пошёл по следу, особо не всматриваясь, ибо запах вёл его вместе с желанием проучить дерзкую кошку. Нет, купаться он её не потащит: Стрелолист не любил грубое насилие, но вот кое-что похуже, изощрённее... Замысел оформлялся сам собой, подобно клубам дыма, принимающих очертания живых существ. Разум (или безумие?) Стрелолиста вылепливал из податливой глины возможностей одну единственную, но верную и ясно читаемую в его цвета мёрзлой воды глазах.

Свежий ветер нёс сгустки запахов, размытые и не очень, резкие и нежные, кисловатые и с привкусом горечи. И во всём этом разнообразии воин стремился найти лишь один: ту самую комбинацию запахов и оттенков, что несла на себе и его шерсть - свежесть крапивы и еловой смолы, вяжущий аромат торфа - запах Сумрачных котов.
Хрустнула ветка, и Стрелолист встрепенулся, но удержал себя от прыжка, памятуя, что это может быть ловушка, ведь он сам именно так бы и поступил: бросил бы камень в соседний куст, после чего прыгнул сзади на подбежавшего соперника. Старо как мир, но никогда не подводит. Прижав уши к затылку, воин двинулся к источнику звука и вдруг остановился как вкопанный - железы нёба уловили тонкий шлейф аромата Гадюки, и запах этот шёл с другой стороны. Ветер дал подсказку.
Попалась...
Кот бочком, стараясь не шуметь и не высовываться из-под спасительной сени кустарников, двинулся в обход, стремясь зайти с тыла. Взлетев на корявый ствол чахлой ели, он пошёл по ветке, аккуратно переступая лапы, хотя подозревал, что тихий скрежет его когтей о кору не останется незамеченным. Не Гадюкой, уж точно. Но сейчас это не имело значения - лунные блики играли на чёрной шерсти, словно маленький кусочек ночного неба спустился и прятался, дожидаясь, когда же его найдут алчущие глаза Стрелолиста. Гадюка сидела здесь, внизу, нахохлившись и выжидая.
Знаешь ли ты, что я уже здесь? Или это тоже ловушка... - думал воин, не зная, кто кого перехитрил. Но размышлять дольше было непозволительно, потому что ветер сменился, и лазутчик был в нескольких мышиных усах от разоблачения.
Он спрыгнул вниз аккурат на гладкую блестящую спину именно в тот момент, когда, казалось, воительница заметила его.
- Ну что, купаться? - прошептал Стрелолист, придавливая лапами лопатки кошки к земле, не давая вырваться. Когти были выпущены, но ровно настолько, чтобы касаться шерсти Гадюки, не травмируя кожу. Глаза плутовато мерцали.

Грозное рычание соплеменницы нисколько не обидело Стрелолиста. Он хмыкнул себе в усы, но когти предусмотрительно втянул и мягко спустился с чёрной покатой спины.
- Потащишь в озеро – я когти пущу, - напускала на себя злобу Гадюка, но воин лишь закатил глаза, отчаянно борясь с желанием приторным сюсюкающим голосом передразнить кошку.
- Не будь занудой, - улыбнулся кот и пощекотал кончиком хвоста гладкий бок воительницы. Но ему нравилась её непримиримая решимость содрать с него шкуру в не столь отдалённом будущем. - Пойдём, скоро рассвет. Может, я ещё успею нормально выспаться, - с лёгкой мечтательностью произнёс кот, потягиваясь. Ночная беготня поначалу взбодрила его, но остаток сил подходил к концу, вновь делая лапы неприятно ватными. Стрелолист проследил глазами, как поднимается на лапы его "дичь", и не смог сдержать довольного урчания, рискуя ещё больше разозлить Гадюку. Но отчего-то злить её было приятно, однако Стрелолист знал, что не стоит доводить всё до точки кипения, поэтому понизил громкость мурлыканья до минимума и двинулся обратно тем же путём, каким они сюда и прибежали, искоса поглядывая на гордую поступь соплеменницы.
- Скажи, - не выдержал долгого молчания Стрелолист, - тебе понравилось?
Воин даже шаг замедлил, позволяя кошке поравняться с собой. Он был готов к отрицательному ответу, но желал услышать совсем другое. Глаза затуманились чем-то неопределённым, мешая Гадюке усмотреть истинный подтекст вопроса. Захочет - сама вникнет и поймёт.
А блёклые звёзды равнодушно мерцали в вышине, с ленцой разгоняя мрак ночного леса. Ночь завершалась, медленно разжимая пасть мрака, сковавшего небеса, и Стрелолист с сожалением подумал, что она, эта ночь, уже не повторится.
[Главная поляна]

◄ главная поляна
Он бежал быстро. Даже слишком быстро и порой начинало казаться, что кот вот-вот оторвется от земли и полетит, но этого не случилось.
Сам Змей не сразу понял, как оказался именно здесь, хотя планировал бежать за пределы территории Теней, чтобы разыскать Листву, но какой-то внутренний голос, а может и просто предчувствие, подсказало, что он этого сделать не сможет.
Здесь еще стоял слабый запах Стрелолиста и Гадюки, но они ему были нужны. Он искал ее. Только ее одну. Хотя бы кусочек шерсти, хотя бы маленький знак о том, где она сейчас. Но не было ничего.
Он сел. Именно на том самом месте, где они когда-то оказались слишком близки, и посмотрел на воду. Сердце бешено билось, какой-то комок подкатывал к горлу, но он продолжал недвижно сидеть стиснув зубы и просто смотрел в одну точку. Сама мысль о том, что Листва, его возлюбленная кошка, покинула его, была просто не выносима.
По телу начала пробегать легкая дрожь, а потом и вовсе начало колотить как при лихорадке. И хотя Змей мог остановить накатывающие эмоции, чтобы при случайном воине не выставить себя слабаком, но он не стал этого делать. Кот впился когтями в землю с такой силой, что умудрился надломить один из когтей, но боль, которую он испытал при этом была несравнима с той, которую он испытывал в глубине души.
"Нужно прийти в себя," - и он лег, аккуратно положив голову на лапы, всё еще продолжая дрожать всем телом. - "Жизнь на этом не заканчивается." - Но для чёрного кота, она оборвалась навечно. Последний тёплый огонек, который позволял коту, хоть немного теплее относиться к соплеменникам, потух.

/Лагерь/

Коты племени Теней считались лучшими следопытами и шпионами в лесу. Пчелапка это знала, считая своим долгом быть в данном искусстве как минимум лучшей. Вообще ей хотелось быть во всем лучшей, но не официально. Где-то нутром она понимала, что своими выдающимися способностями светить не стоит. Чем хуже знает тебя враг - тем лучше для тебя. По этой причине Пчелапку никогда бы не назвали лучшим оруженосцем сумрачного племени. Пожалуй, только Белокрылая могла по достоинству оценить свою подопечную, что рыжая, соответственно, очень ценила.
Ночь выдалась ясной, как и ночь внепланового совета. Кошечка держала дистанцию, больше опираясь на запах и следы Заплесневелого, чем держа его в поле зрения. Ближе подойти она не смела - пускай котик только начинал путь будущего воина, его наставником была Зимушка, некогда речная кошка, знающая секреты двух племен. Пробираясь через ночь и прислушиваясь к малейшим звукам, издаваемых бодрствующими птицами и другими обитателями, она пыталась понять, что же все-таки удумал пятнистый кот.
"Ночная тренировка? Встреча на границе? Ой да ладно, и с кем же? Он на советах еще не был, откуда отношения вне племени? Как же это все непонятно..." - раздраженно думала ученица, досадуя, что вместо того чтоб хорошенько выспаться - гоняется за призраками.
"Клянусь звездами, если ты просто стесняешься справить нужду у лагеря, я тебя..." - зло подумала будущая воительница, раздраженно дергая ушами. На кого она больше злилась - себя или Заплесневелого - уже сказать было трудно.
Вскоре стало ясно, куда же завела ученика бессонница. Это был берег самого большого озера в лесу, посреди которого был священный остров совета и перемирия. Пчелапку данный выбор озадачил. Что же этим добивался Заплесневелый? Что он мог тут забыть?
"Точно! Зимушка по-тихому учит его плавать! Это вообще законно?" - размышляла кошечка. Что ж, ей следовало свернуть влево, так как подойти она ближе - луна осветит ее мех и разоблачит. Кошка вернулась в сумрак, прошла необходимое расстояние, вниз по течению, и тоже вышла к воде.
Ветра почти не было, от чего казалось, что водная гладь полна звезд. Забавно, было чувство, что их можно потрогать. Кошечка зевнула, глядя на луну в воде. Послышался плеск. Пчелапка напрягла уши, осмотрелась. На берегу Заплесневелого не было. Неужели пошел вверх по течению?
- А куда подевался... - пробормотала она, прежде чем увидеть силуэт оруженосца на вершине склона. Его шерсть блестела в лунном свете. - Что ты там делаешь... Эй, стой!
В следующую секунду Заплесневелый сорвался. Сердце кошечки замерло, время будто замедлилось. Она видела, как он падает в воду, в это огромное, бездонное озеро. Шерсть встала дыбом, страх сковал лапы и тело. Когти впились в песок на берегу, будто кошка готова была упасть.
"Что же делать, что же делать! Спасать, спасать!" - мысли быстро сменяли друг друга, а тело уже реагировало. Сорвавшись со всех лап, ученица кинулась в воду. Страшная, холодная вода будто не хотела принимать сумрачную кошку, отталкивала ее. Но Пчелапка не сдавалась. Пробираясь все дальше, ударяя лапами по воде, будто продолжая бег, ученица смирила воду, и та в ответ утяжелила ее шерсть, постепенно начиная тянуть вниз.
- Держись, Звездоцап тебя побери! - крикнула она, и это было ошибкой. Кошка глотнула воды, закашлялась. Пытаясь освободить легкие от воды, она серьезно растерялась. Почему-то пропало осознание, где берег а где глубь. Лапы почти не касались земли, а до Заплесневелого было еще несколько лисьих хвостов.
"Я должна это сделать! Я утону..." - паника все пыталась взять верх над разумом кошки, но пока она совладала с собой. Последний раз оттолкнувшись от твердости под лапами, она сделала несколько гребков, как делают речные коты... Не получилось, она пошла ко дну.
- Помогите! - вот теперь визжала она. Пчелапке стало страшно как никогда. От своей беспомощности. Мотыляя лапами, она хоть как-то пыталась держать голову над ужасной, водяной проростью. Силы покидали ее чудовищно быстро...