Коготь тоже с большой неохотой поведал о свей неудаче. Что и говорить, эта кошка играла с воителями, как ей вздумается! И либо двум братьям по несчастью следовало сохранить остатки гордости и просто отвернуться от нахальной лицемерки и проучить её, либо прямо сейчас силой выяснить, кто из них больше достоин стать другом Гадюки. Пока Стрелолист размышлял об этом, пространно взирая в пустоту, Коготь говорил.
- Она не желает меня видеть, - скупо обронил глашатай, и светло-серый воин понимающе хмыкнул. Как знакомо! - Похоже, что она водит и меня и тебя за нос, раз отвешивает нам по полной программе, хотя, быть может, к тебе относится с чуть большим предпочтением, так как на меня даже теперь не смотрит.
А вот тут ты лжёшь! - гневно подумал Стрелолист, всем корпусом разворачиваясь к оппоненту и подаваясь вперёд. Он жадно вгляделся в янтарные глаза глашатая, в их глубине ища малейший тлеющий уголёк лукавства, но весь вид соплеменника говорил о раздражении и обиде. Весьма правдоподобно. - Но я всё видел! Сегодня!
Выходит, не только Гадюка водит его за нос, теперь и Коготь нагло лжёт в глаза. Может, всё это было лишь злой насмешкой над чувствами поражённого соперника, и каждое слово бурого исполина было ни чем иным, как фальшивкой, выеденным голубиным яйцом, пустышкой.
- Вот как, - проворчал полосатый воитель и спрыгнул с камня, громко впечатав лапы в подсохшую грязь. Пчелиный рой уничижительных мыслей жалил больнее когтей врага, и сильнее всего Стрелолист мечтал покончить с этим раз и навсегда. Он выбьет из глашатая правду. Силой.
Но Коготь, казалось, и вовсе не заметил воинственный настрой соплеменника. Он смотрел куда-то в сторону, когда до дрогнувших ушей Стрелолиста донёсся тихий шелест его, глашатая, голоса.
- И что же мне теперь делать с Настурцией?
- С Наст... О, - выдохнул Стрелолист, враз замерев. - Погоди, но причём здесь... - Голос оборвался, так и не закончив фразу.
Настурция! Но... - Мысли путались, налетали друг на друга, как потревоженные муравьи. Вот они на Совете, сидят, обсуждают жалкие потуги Звездошейки казаться независимой, Кристальную Звезду и пригретого ею одиночку, смеются над Дуновение Ветра; вот идут вместе, едва касаясь друг друга боками, но каждый думая о своём; где-то неподалёку идёт Коготь, он не мог этого не заметить... Взгляд полосатого кота потихоньку прояснялся, когда до него медленно, словно вода сквозь плотный подшёрсток Речного воителя, просачивалось осознание, что всё это время они говорили о разных кошках. И что он, Стрелолист, самолично только что выболтал Когтю свои личные переживания.
Но хуже всего было то, что в какой-то момент в груди Сумрачного воина расцвёл сумасшедший цветок надежды, и полосатый кот возненавидел себя за это, за свою слабость, за предательство самого себя, за то, что рад, что Когтю нравится именно Настурция, а не другая особа с медовыми глазами.
Довольно!
- Коготь, - сдержанно мяукнул Стрелолист, пряча ликование в голосе. - Ты всё это время говорил о Настурции, верно?
И получив утвердительный ответ, полосатый кот вдруг почувствовал такое облегчение, что едва устоял на лапах и не лёг на землю прямо здесь, дрожа от урчания. - А я... говорил о другой кошке, - продолжил мысль Стрелолист, внимательно следя за выражением морды глашатая. Ощущает ли он это пьянящее чувство лёгкости и покоя? Хочется ли ему расправить плечи и вдохнуть полной грудью? - Мы с Настурцией просто друзья, - пояснил Сумрачный кот Когтю, желая поскорее дать племяннику Змеезвёзда опору под лапами и в тайне надеясь, что и тот сделает для него то же самое, когда Стрелолист попросит. - По крайней мере, насколько это возможно, - добродушно усмехнулся полосатый воитель, намекая на крутой нрав соплеменницы и её непомерное самолюбие.
Но теперь пришло время поговорить и о наболевшем.
- И всё-таки, Коготь, - вкрадчиво мурлыкнул Стрелолист, серой тенью и пока что без угрозы медленно надвигаясь на бурого исполина. - Что у тебя с Гадюкой? Насколько вы близки? И не оправдывайся, я видел сегодня, как она на тебя смотрела.
Сам того не замечая, воин затаил дыхание.
