Всю жизнь Чеглок провел котом Ветра. Чистокровным. Хоть относились к нему иногда, как к пришлому бродяжке, ведь от отца-изгнанника воителю передалось, по-видимому, врожденное пренебрежение к Закону. Однако Чеглок оставался верен племени, в отличие от родителей. Границы помечал исправно, от гнусных посягателей родные земли защищал.
Единственные взаимодействия с рыбомордыми, которым подвергала его судьба — это как раз распри на границах да перебежчики вроде Нессеи с ее выводком. Хоть тогда еще оруженосец к чужакам поначалу отнесся резко, под конец своей жизни именно Водопада, сына Нессеи, он звал лучшим другом. Чеглок слушал иногда рассказы приятеля о той, соседской жизни — о тиране-предводителе, изгнавшем родную дочь, и толпе его верных прихвостней. Всё это казалось таким далеким, словно байки о путешествиях в Место-где-тонет-солнце.
Кто же знал, что когда-нибудь этот тиран возглавит предков Ветра и Реки, причем не обманом или угрозами, а по согласию большинства? Голос Чеглока мало что решал, но даже он, всегда упертый и независимый, понимал, в каком плачевном состоянии находится племя. Конечно, многие возмущались, требовали иного вожака, того же Холода Звезд, например... А кот думал — надо ли к их возгласам присоединяться? С фигурами власти у Чеглока исторически хорошие отношения не складывались — что Шелест Звезд, что Дикозвезд... По молодости Чеглок вообще глашатая убил, но это было давно и неправда. Короче, не чуял он разницы. Вообще плевать, хоть бы Звездоцапа верховным избрали — главное, чтоб предвыборные обещания исполнил и не дал потомкам Ветра вымереть.
Объединение играло им на лапу, временное или нет. У Речных много добычи, со стороны Теней бушевала странная эпидемия, рискуя перекинуться на остальной лес, и Голые Деревья приближались. У Чеглока оставались живые потомки там, внизу...
Он поддержал Острозвезда.
Но может, именно сейчас воитель жалел, что пошел на поводу большинства. Предстоял тяжелый разговор. И кажется, с Холодом Звезд договариваться было бы проще, чем с любителем ослепить да выгнать. Ну, ходят слухи, что никого эта кара по итогу-то не настигла... Но кому хочется стать первым, верно?
След предводителя вел к душистой полянке. Здесь пересекалось множество троп — одна могла отвести Чеглока в мир живых. Но ему требовалось разрешение. Только воины Темного леса посещают чужие сны без уважительной причины.
— Доброй охоты, Острозвезд, — мяукнул Чеглок, останавливаясь в лисьем хвосте от предводителя. Кот впервые видел Острозвезда так близко: и, если честно, еще ближе знакомиться ему совсем не хотелось. Этими буграми мышц любоваться разумней издалека. Чеглок умел драться, но вряд ли превосходил Звездного Снега на боевом поприще. — Я пришел просить об одолжении.
Он замер, пытаясь прочесть реакцию предводителя, но даже чуя подступающее раздражение кота, все равно продолжил. Будущее его соплеменников находилось под угрозой, больше нельзя отмалчиваться в стороне.
— Тем, кто был верен Молнии, мало знаков, ведь знаки могут посылать предки любых племен. Они прислушаются только к тем, в чьих жилах течет кровь Ветра... Я хочу сказать, что могу образумить Багряного Когтя. Мы были друзьями, — и-и... сделано. Слова-воробьи вылетели, назад поворачивать поздно.
Чеглок глубоко вздохнул, мужаясь.