По поляне, словно внемля возбужденному состоянию племени, загулял ветер, поднимая небольшие кружащиеся вихри из пыли и листочков. Змейка недовольно передернул плечами, чувствуя, как резкие потоки воздуха холодят шкуру. У Чешуйчатого, его отца, шерсть была тонкой, но длинной, у Ржанки - короткой, но густой - Змейка же унаследовал короткий и тонкий мех, который совершенно не грел, и теперь это ощущалось особенно часто. Его снова потянуло в сон.

Проскользнув мимо собравшихся на поляне котов, он юркнул к детской. Чешуйчатый как-то сказал ему, что, как только спиной он будет задевать растительный полог на входе, ему будет пора становиться учеником. Змейка запомнил эти слова и с тех пор забирался в пещерку исключительно на полусогнутых лапах.

Неловко развернувшись, он лёг так, что из норы виделась одна лишь его голова с лениво прикрытыми глазами, и начал бессовестно подслушивать разговоры старших.

Когда Сохатого отправили на поиски глашатая, Змейка разочарованно цокнул языком. Где одна ловушка, там и другие, а терять ещё и Сохатого не хотелось совершенно. Ему нравился серый воитель, спокойный и шутливый, словно в противоположность остальному племени (да и самому Змейке). С удивлением котенок поймал себя на мысли, что, уж если ему надо становиться воином, то именно его он хотел бы видеть своим наставником.

- Прости, Ржанка, но на миссию я не могу тебя отправить. Ты нужна Крылышко и Змейке.

Почему вообще Ржанка так упорно пытается уйти из лагеря? Вряд ли там может быть что-то настолько интересное. Пока что большая часть всего, о чем ему рассказывали другие воители - это описания различных опасностей, подстерегающих воина на каждом шагу. Патрули других племен, одиночки, хищные птицы, з м е и,  да даже добыча порой может навредить охотнику! Обычные мыши порою переносят болезни, а у кроликов огромные когти, способные поранить и даже ослепить кота. "Жаль, что я не могу всю жизнь есть одних насекомых, как птицы. Хотя даже некоторые насекомые больно кусаются!" - Змейка поморщился, вспомнив, как однажды Крапинку ужалила пчела, и её морда распухла на несколько дней.
- Мы сменили лагерь, а жизнь наша ничуть не изменилась, все так же полна опасностей и угроз. Когда же мы будем в безопасности? - Слова матери будто вторили его собственным мыслям.

Кожана и Крапинку всё-таки жалко. Со второй Змейка общался не очень охотно, считая её слишком уж суетливой, а вот рассказы Кожана слушал с удовольствием. Жаль, что больше не услышит - до собственной смерти, конечно.

Шипящий Дурман выбежал из палатки целителей, подгоняя за собой Крылышко и свою ученицу. Змейка перевернулся на бок. Чем мешать воителям и путаться под лапами, лучше он немного поспит, а, когда проснётся, все будет ясно.

Зарянка бешено дышала, с ужасом смотря на окружившее ее племя. Дыхание никак не хотелось восстанавливаться, а легкие словно горели огнем. По ощущениям Зарянка будто бы пробежала вокруг озера, а не со Змеиной Горки. Полосатая понимала, что сейчас время делится на самые мелкие крупицы, и каждая несоизмеримо важна.

—  Ходить сможешь? — спросила только что подошедшая Хвоя своим ласковым теплым голосом. Она была единственной, кто озаботился состоянием юной ученицы. И та была очень тронута и благодарна, почти с извечной признательностью смотря в серые глаза Хвои.

— Д—да, спасибо! — вымолвила маленькая кошечка, вымученно улыбаясь, чувствуя, как сердце гулко колотится в груди.

— Хвоя, бери с собой Буколапа. Помогите Зайцелову и Крапинке дойти... Зарянка, только скажи, где именно они сейчас идут? — спросила Звездная Сойка. Полосатая кошечка застыла, не в силах сразу дать ответ. Где они идут? Как она могла понять и представить, как быстро они идут? Несет ли Зайцелов Кожана? Оставил ли его там среди змей? Зарянка чуть ли не заплакала от ужаса, от того, что она действительно не знала, где они идут. Ужас сковал ее лапы, дышать стало вмиг тяжелее. На мгновенье полосатой показалось, что она сейчас просто потеряет связь с миром, однако не то сильное желание спасти сестру, не то стремление попросту не упасть среди взрослых котов, показав себя слабой, дало ей силы устоять и даже дать сдавленный ответ.

— Они, наверное, уже идут на равнине! — решила полосатая, рассудив, что Зайцелов не будет выбирать по камням и перевалам, а пойдет по равнине, полю, где меньше всего препятствий для Крапинки.  — Я покажу! — решила маленькая, чуть не рванув к выходу из лагеря.

— Подожди немного пожалуйста, я за Буколапом, — тихо произнесла Хвоя, будто бы не совсем понимая, как важно сейчас как можно быстрее выбраться прочь из лагеря и помочь дойти Крапинке до лагеря. Ее жизнь висела на волоске!

— Буколап, давай за нами! Скорее! — мяукнула она оруженосцу, нетерпеливо переступая с лапы на лапу. Зарянка неугомонно стала подталкивать старшую кошку к выходу, чуть ли не скуля вслух «пожалуйста, быстрее». Когда они выбрались из лагеря, полосатая рванула со всех сил вперед, чувствуя, как от волнения по щекам снова текут слезы.

Зарянка заметила, что Молния со своим отрядом уже равнодушно уходит прочь. Это вызвало большое негодование в душе пестрой, но понимала, что ничего не сможет сделать. Даже напихать колючек в подстилку Молнии было бы… весьма неправильно с ее стороны. Хотя она бы посмотрела на его хмурое не выспавшееся выражение морды. Зарянка обеспокоенно рванула вперед, завидя впереди силуэты трех котов. Она поверить не могла своим глазам.

— Смотрите! — крикнула она Хвое и Буколапу, указывая ушами на силуэты.
Приблизившись к отряду так близко, что смогла различать их, ученица охнула.

— Кожан ожил! — закричала Зарянка, не в силах поверить в это. Она поравнялась со своим отрядом, чуть не плюхнувшись в грудь Зайцелову и практически сразу подставила Крапинке плечо.

— Ты как? Как Кожан ожил? Он призрак? — затараторила она, переглядываясь не то с сестрой, не то с наставником. Она почему—то и не подумала, что темный кот тоже может говорить.

Отредактировано Зарянка (2020-11-06 23:11:07)

--------> Змеиная горка

Когда из переплетения трав показалась Зарянка со своим небольшим отрядом, она облегченно вознесла хвалу предкам. Им помогут. Теперь им точно помогут. Крапинка слабо улыбнулась - насколько ей позволяла ноющая, тугая боль в, кажется, всех без исключения мышцах. 
— Кожан ожил! Ты как? Как Кожан ожил? Он призрак? - С удивлением увидев на щеках помогающей ей идти сестры слёзы, она поспешила ободряюще лизнуть её в щеку сухим от нервов языком.
— Живы-живы, — Вяло чирикнула она. На большее уже не хватало сил - жар от укушенной  и уже успевшей опухнуть лапы постепенно поднимался вверх, и она чувствовала, как к горлу подступает мерзкий комок. Вокруг Кожана обеспокоенно суетились Буколап и Хвоя, и шум от их голосов сливался в неразборчивую мысленную кашу. От этого тошнило ещё сильнее.

Казалось, они идут уже целую вечность. Пока Зайцелов, пыхтя, тащил за загривок брата, Крапинка молча считала шаги, буквально заставляя себя переставлять тяжелеющие лапы.

"Один-два-три-четыре, один-два-три-четыре..."

Липкая грязь под подушечками сменилась чуть жесткой травой. Доковыляли-таки до лагеря. Зрение упорно отказывалось фокусироваться, и она полностью - в прямом и переносном смысле - положилась на Зарянку, чтобы дойти до целительской пещеры.

Там Пепельнолапка.

Ну какая же она глупая! И вот надо было ей поссориться с новоиспеченной ученицей целителя именно сегодня?! Что, если она решит отомстить? Что, если подложит вместо лекарственных трав отраву? Крапинка почувствовала, как снова начинает нервничать, а сердце забилось быстрее, разгоняя кровь. Не время-не время тревожиться. Нельзя. Не сейчас.

В нос ударил резкий запах трав, и кошку вывернуло прямо у входа.

--------> Перетащили в Палатку Целителя

Отредактировано Крапинка (2020-11-17 21:16:13)

Радовался ли Дурман предстоящему развороту событий? Конечно же, нет. Ведь он еще даже не подозревал, что перед ним окажется целых три тела. Тем не менее, он спешил со всех лап, подгоняя еще за собой Крылышко и Пепельнолапку, которых, к слову, позвал даже напрасно, ведь ему предстоит работать быстро и почти что одному. Разве что ученицу можно заставить разжевывать неприятные на вкус травы.
Почти что столкнувшись носом к носу с Крапинкой, едва успевая отскочить от кошки, которую вывернуло прямо перед входом в целительскую, Дурман буквально вскипел. Если бы он мог менять цвет шерсти, но сейчас был бы похож на цветок мака.
- Да чтобы тебя блохи заели, - выругался себе под нос целитель, отмечая не особо приятный запашок, который еще не скоро выведется с этого места. Впрочем, ему пришлось взять себя в лапы и отложить выяснение чистоплотности на другой раз. Затаскивать в палатку обоих не хотелось, потому что это было чревато остаться несколько дней без ночлега, поэтому Дурман указал лапой на двоих раненных, чтобы их уложили на поляне.
- Крылышко, принеси немного воды, - дав распоряжение малышке, целитель тут же припал ухом сначала к Кожану, который находился в полусознательном состоянии, проверяя, действительно ли тот умер, как ему сообщили, но к счастью, дыхание прослушивалось. Пусть не такое ровное, но дающее надежду. Крапинка выглядела лучше, но главную роль сейчас играло время.
- Ляг и вытяни лапу, куда тебя укусили, - поначалу Дурман не заметил отметин, но кровоподтеки выдали место укуса. Целитель схватился зубами за лапу кошки, натягивая ту и начал обматывать место выше укуса вьюнком, перехватывая стебель и потянув на себя, затягивая так туго, как только мог, почти что до онемения конечности. То же самое он проделал с Кожаном, который был особо не в состоянии даже дергался.
Он никогда прежде не сталкивался с такими случаями, но уже подсознательно понимал, что яд нужно извлечь из тела. Необходимо было вытянуть часть самому, а после заставить извергнуть остатки организмом.
- Пепельнолапка, пережуй это корень, а я займусь извлечением яда, - отдав команду, целитель начал с кошки, опускаясь над раной и немного прикусил раненное место, начиная буквально высасывать смешанную с ядом кровь, тут же разбавляя собственной слюной и выплевывая. Хватило лишь несколько движений, после которых кот совершил эти действия и над Кожаном. Вскоре кашица из лапчатки была готова.
- Накладывай равномерно на рану. Сок из корня попадет в кровь и вытянет вместе с собой остатки яда, - пока Пепельнолапка выполняла поручения, Дурман покопался в другом кульке, прихваченным с собой и выудил оттуда крапиву. Листья её уже не обжигали, так как были сухие, но использовались для очищения желудка, заставляя съесть их сначала Крапинку, а остальное, припасая для Кожана, заталкивая тому лапой в рот.
- Если вы оба не выживете, я загрызу вас самолично, - бурчал под нос Дурман, продолжая шаманить над раненными, пока его взор не упал на еще одного лежащего неподалеку, кажется это был Зайцелов. – Ох, за что такие мучения, а с этим что?

Отредактировано Дурман (2020-11-08 21:00:21)

►[овраг]►

    Сегодняший день был не просто экстраординарным. У Ясколки медленно начало складываться ощущение, что мир сходит с ума. Ну не была она фанатом нарушения рутины и определённого распорядка вещей. Особенно когда опастность оказалось чем-то столь...
    Кошка вздохнула, даже мысленно не желая произносить этого вслух. Если старшие воители посчитали, что опастность есть - значит, это был просто счастливый случай, что они её избежали. Братцы ведь тоже сошлись на таком мнении. Да, они могла быть мнительны и, возможно, иногда поддаваться излишней панике, но разве сама Ясколка не страдала тем же? По иным, правда, причинам.
    Она замыкала строй, погруженная в собственные думы, когда звук лагеря выдернул её в реалность. Но шум этот был непривычный. Не успокаивающий, еле слышный гомон котов, но что-то паническое. Кошка остановилась на мгновение, как пораженная громом. Внутреннее чутье подсказывало ей что её братья как-то имеют к этому отношение. И как бы хотелось, чтобы только косвенное.
    Когда Ясколка оказалась на главной поляне, действо уже слегка разошлось. Она смогла заметить учениц, Крапинку и Зарянку. Хорошие девочки. Но где?..
    Взгляд её, нервно заметавшийся по поляне, не сразу зацепил Зайцелапа. Ясколка судорожно вдыхала воздух - и чувсвтвовала густой, почти ложащийся на язык, запах яда. Запах болезни. Даже от него одного хотелось бежать, бежать так быстро, чтобы ветер смысл все его следы. Кожана, с трудов оторвав взгляд от скорчившегося брата, она не увидела. Эта не дающая покоя пропажал чуть не подкосила её.
    Ещё с ученичества, когда они все втроём с гордостью выбрались из детской, Ясколке невольно всегда искала глазами обоих братьев. Сидя рядом с Зайцеловом, она искала взглядом Кожана, или наоборот. Видя их обоих, зная, что с ними всё хорошо, ей самой становилось спокойно. Ей казалось, что в такие моменты она даже может обогнать ветер.
    Сейчас же Ясколка чувсвтвовала как земля уходит из-под лап. Из-за незнания. Но взгляд её вновь приклеился к сгорбленной спине брата. "С Кожаном всё будет хорошо", - сказала себе кошка, всеми силами стараясь в это поверить. Она с трудом оторвала лапу от земли, - когда они успели стать такими тяжелыми? - и сделала шаг в сторону бурого кота.
    Когда Ясколка достигла его, она уже смогла немного оклематься - и пожурить себя за нерасторопность. Зайцелову было очень плохо. Возможно, для целителей это было либо неочевидно, либо, что вероятнее всего - достаточно несподручно, особенно когда в палатке лежали более серьезные пациенты. И Ясколка не могла их винить. У них были другие обязанности.
    Кошка тихо скользнула к брату, прошептав где-то на грани слышимости:
    - Я здесь.
    Чтобы тот не испугался, чтобы знал, что к нему подходят. Но, когда она коснулась бока Зайцелова собственным боком, тот всё равно вздрогнул - один раз, но очень крупно, как будто вышел из транса. Грудь кота вздымалась и опускалась с большим трудом - будто бы он тонул, прямо тут, на поляне, отчаянно сражаясь за каждый вдох.
    Ясколка крайне хочется узнать, что произошло? Что с Кожаном? Как они дошли до такого? Но она знает что это только лишь погрузит брата в ещё большую пучину. Она кладет свой длинный хвост на хвост Зайцелова - прижимает насколько может крепко. Могла бы обвить - сделала бы. Жмется к нему боком, всем своим молчаливым видом показывая, что она рядом. Кладет голову на его голову, вылизывает уши - возможно, чуть резче, чем следовало бы, но его нужно приводить в чувство.
    - Все хорошо, Зайцелов. - В её голосе - что-то материнское. Что-то, сокровенное на каком-то внутреннем уровне для всех троих. Когда ты в детстве жался под тёплый бок в грозу. Когда ты боялся что от грома тебе небеса сваляться на голову и Звёздные предки в своей яростной праведности обнажат на своих подопечных когти.
    - Тебе нужно дышать. Нам нужно дышать. Повторяй за мной. - Можно расслышать стальные нотки отца. Но он никогда не мог успокоить. Только стращать. Кошка начинается достаточно громко дышать - делает глубокий вдох через нос, слегка задерживает дыхание, и выдыхает. Сопровождая это всё краткими, больше похожими на приказы, комментариями.
    Она кладет свою лапу на лапу брата - держит, напоминает, не давая оторваться от реальности. Следит за движениями его боков и грудной клетки - помогает ли? И нет-нет, да и проходится языком по его ушам, щекам, переносице - напоминая о том что он здесь, в реальности, и лучше туда, куда его утаскивает вода, не падать. Ведь там, в глубине, не будет никого, кроме Зайцелова. А все племя не может себе этого позволить.

Отредактировано Ясколка (2020-11-09 16:36:19)