Солнце уже начинало медленно спускаться в сторону горизонта. Дни становились короче, тяжелее и холоднее. Впервые Зарянка замечала, как сменяется сезон. Вдыхая холодный воздух, полосатая внимательно смотрела на взрослого воина, ощущая в себе желание непременно пережить сезон холодов и стать взрослее, а, главное, сильнее для своей симпатии. Желтоглазая с какой—то необъяснимой тягой к коту пыталась усидеть ровно, хотя ее так и подрывало проявить телесную активность: попрыгать, приподняться, присесть и дополнить лапами речь. Хвост ученицы давно потерял покой — он то и дело метался из стороны в сторону, в особенно яркие моменты речи выпрямлялась и волнительно изгибаясь.

— Ты молодец, — сдержанно хвалит Фазан, а влюбленная в него девчонка чуть ли не подается вперед, чувствуя в груди такое яркое ощущение счастья, что, если бы она могла летать, то долетела бы аж до Звездного Племени. Зарянка смущенно улыбается и чуть ли не отвечает словом благодарности, но вовремя ловит себя на мысли, что это лишнее, что это было бы неправильно и навязчиво. Полосатая даже опускает взгляд, не выдерживая возможности смотреть на черного исполина. В голову приходит странная, болезненная мысль, что она делает все неправильно и не так. И что даже эта странная Лютик, которая прямо сейчас самозабвенно вылизывается, лучше… лучше. Зарянка кисло улыбается самой себе и наконец все же поднимает голову, почти что влюбленно вдыхая и всматриваясь в шесть черного кота.

—  Не думаю, что это Звездные Предки наказывают нас, — отвечает голубоглазый воин. Полосатая кивает, чувствуя признательность за то, что старший кот пытается ее успокоить своим ответом. И что ему не все равно. Вот он какой — Фазан. Неравнодушный, спокойный и мудрый. Зарянка мысленно благодарит за ответ, потому что взрослым куда лучше знать, что и как делают Звездные Предки. Желтоглазая переступает с лапы на лапу, боясь, что диалог кончится и придется идти куда—то дальше, делать ненужные дела. И какой смысл был в быте, если можно было сейчас просто тихонько сидеть и слушать Фазана, попутно развиваясь вместе с ним? Можно просто слушать, слушать его диалог с кем—то. И слова казались бы такими глубокими и правильными, что невольно хотелось бы говорить так, как он. Но самое смешное и печальное было в том, что Фазан никогда бы не понял этого… И даже если бы понял, никто бы из них не подал бы виду, что они знают… знают о том, что юная ученица выбрала путь паразитирования на ком—то, чтобы не развиваться самой. Что она выбрала путь наивного стремления бежать по протоптанной дорожке за тем, к кому испытывает громкие, яркие чувства, которые даже в таком юном возрасте вызывают дичайшую эйфорию и необходимость просто быть рядом. Смотреть, касаться кончиками хвоста. Хотелось делать как можно лучше… И, наверное, если бы Зарянка была бы взрослее и немного мудрее, то она бы, несомненно, понимала бы, что не смогла бы принести коту необходимый ему комфорт, потому что была бы просто эгоистичной лисицей. Но при этой мысли ученица почему—то усмехнулась мысленно, понимая, что она была бы не против быть даже сейчас лисицей, потому что она сделает что угодно, чтобы быть ближе к Фазану.

— Я верю, что мы сможем найти Махаона. Это дело чести и верности родному племени, ведь племя — это каждый из нас, — возвышенно, но в своем духе произнес Фазан. Зарянка склонила голову на бок, восхищаясь его навыком говорить столь красиво и тепло.  Полосатая ученица перевела взгляд на младшую ученицу, которая сочувствующе смотрела в ответ. Желтоглазая криво улыбнулась, не зная, почему Лютик смотрит так, словно словила колючку под хвост. Полосатая кошка постаралась не проявлять на своей морде негативных эмоций по отношению к Лютик ради Фазана. Тому, наверное, не очень приятно, что Зарянка не может наладить контакт с младшей ученицей из—за своего тяжелого чувства ревности. Кремово—серая вздыхает тихо, ощущая, что диалог кончается, а она не может позволить себе отпустить Фазана, который и так, наверное, очень занят…

— Спасибо тебе, — в сердцах поблагодарила кошка, ощущая, что сегодня вряд ли уснет без мыслей о Фазане.

— Блестяще, — отвечает Фазан на попытку полосатой продолжить диалог, ухватиться за любую тему. Черный кот начинает рассказывать про «успехи» своей ученицы, но не дает никому сомневаться в том, что из Лютик получится великая воительница. Зарянка слушала его речь с каменным выражением лица, а в пасть словно воды набрала. Ей хотелось услышать, как он недоволен своей подопечной и какая она плохая, однако Фазан был мудр и не был бы собой, если бы не начал хвалить её. Зарянке очень хотелось, чтобы в диалог вклинился ее собственный наставник и начал хвалить ее, но…

«Умной надо быть, а не казаться.»

— Это так здорово, что Лютик делает успехи..., — с опустошением в голосе произнесла пестрая, приобнимая свои лапы хвостом. Она ощутила в груди странную горечь. Вот бы Фазан ее тоже хвалил… Зарянка нечитаемым взглядом посмотрела на юную соперницу, которая в этот миг считала, очевидно, количество усов у всех их троих. Если бы пестрая сейчас бы сказала, что она, вообще—то, тоже ничего, то это звучало бы очень жалко и нелепо. Кошка ощутила, что она сейчас абсолютно одинока. Да, была Крапинка, был Зайцелов, были родители, но никто из них не мог бы понять ее. Скажи она Крапинке, что чувствует в Фазане нечто, что никто не может ей дать, что бы сказала сестра?

Зарянка содрогнулась телом, вспомнив, осознав только сейчас, что ее родная кровь сейчас в палатке целителей, и что пестрая кошка сейчас глубоко травмирована. Ученица улыбнулась. Она не знала почему, но не хотелось, совсем не хотелось показывать, что ей больно от нового осознания. Фазан не должен переживать о ней. Не должен видеть ее такой. У него наверняка множество забот, своих переживаний. Полосатая меньше всего на свете хотела уходить сейчас. Куда она могла бы пойти? Ткнуться Ясколке в бок? Извиниться еще раз перед Зайцеловом? Прийти смотреть на мучения сестры…? Идти к матери? Нет, только звезды были с ней. Только звезды.

— Слушай, может быть предложишь Зайцелову устроить совместную тренировку? — внезапно спрашивает черный с голубыми озерами, и Зарянка даже подается назад, хлопая глазами. Это было не по планам! Это было не то, о чем хотелось говорить, не то, о чем хотелось думать. Нет—нет. Зарянка до дрожи в лапах сомневалась в том, что она сможет… Что она сможет победить Лютик. Да, та выглядела нелепой и словно бы в голове рылись мыши, но вдруг она на тренировках подобна барсуку? Вдруг она просто покажет, что лучше…? Зарянка вновь натянула на морду кривую улыбку. Ей казалось, что она падает, куда—то под землю… Словно все валится из лап, подобно колючему шару мха.

— Я… идея очень здоровская, мне нравится! Если Зарянка не против, то я с удовольствием поучаствую! — отозвалась Лютик. Зарянка посмотрела на ее лапу, подумав, что, наверное, это все же хорошо… что лапа не в порядке. Ученица Зайцелова посмотрела на наставника из—за плеча Фазана и наконец дала свой ответ:

— Да, я поговорю с ним… — протянула она, не чувствуя в себе ни капли уверенности. Было бы неплохо и вовсе не говорить с Зайцеловом, а после соврать черному воину. Но разве это будет правильно по отношению к нему? Разве это будет правильно вообще?.. Зарянка чувствовала, что эти все ощущения в душе одновременно тяготят ее и дают силы сражаться с собой и усталостью.

Зарянка не понимала, почему она чувствует такую сильную симпатию к Фазану.  Это было ненормально, неестественно, почти что противозаконно. Посмотреть вокруг — нет оруженосцев, которые бы сходили с ума от старших воинов. У всех на уме тренировки и всякие шалости, дружеские приключения… А она? Зачем ей это все, если есть черная душа кота? Его красивые речи, его нетипичные взгляды на мир, пусть он и отчаянно пытается не выделяться ничем.  Зачем, ну скажите, зачем он существует и зачем она в свои несчастные восемь лун испытывает притяжение не к тренировкам…  Ей бы в королевы, рожать котят. Да нет же, ни котят, ни объятий под луной. Лишь речи бы слушать, да вниманием завладеть бы… и просто рядом, максимально рядом.

Лишь с чистой совестью плюхнувшись на своё законное примятое место под любимым кустом, Сохатый почувствовал - этот длинный-длинный и сумбурный день наконец подошёл к концу. Конечно, сон не решит проблемы, которые этот день создал, но определенно разложит по норками растревоженные мысли.
Думал ли Сохатый утром, когда уходил из лагеря, чтобы в одиночку побегать за кроликами, что вместо кроликов он в основном поймает ещё больше  проблем для племени? Определённо нет. Мог бы он начать размышлять о том, что шлёт на их, и его в частности, мохнатые макушки Звёздное племя? Мог бы, но у него, честно говоря, никогда не получалось. События случаются — кот разбирается. С такой мыслью Сохатый решительно притоптал траву под кустом для сна и грузно развалился под ним. Спина благодарно прокряхтела и серый воитель с удовольствием поворочался с боку на бок, потянулся и лег комфортным комом, обвив себя пушистым хвостом. Не успели звёзды над лагерем и пары раз перемигнуться, как он уже спал крепким сном, каким спят те, кто четырежды за день пробежался вдоль территории племени.
___
Сохатый сидел посреди поля, окруженный мягким запахом только зацветшего вереска и теплым ветром начала осени. Ветерок путался в его шерсти, приятно охлаждая кожу кота, уставшего от бега.
- Хорошо воспитанный кот должен бегать, как вспуганая белка и летать над полем, как хорошо тренированный ястреб, - укоризненно сказал кролик, сидевший рядом.
- Что? - Сохатый удивлённо моргнул, осматривая собеседника. Тот повёл ухом и возмущённо задёргал носом.
- Ты вообще не учишься, что ли? Ты или бежишь, или больше не живёшь.
- Я же не кролик…
- Ты ешь кроликов, а значит ты должен думать как кролик, - ответил тот и вытянулся на задних лапах, оглядывая бескрайнее поле. По полю прошла гигантская тень птицы и Сохатый задрал морду, глядя вверх — ни птиц, ни облаков.
Кот задумчиво прижал целое ухо и повёл усами. Кролик рядом с ним топнул лапкой и снова сел, начав жевать траву. Сохатый, поразмыслив, наклонился и последовал его примеру.
Трава была мясистой и сочной, но на вкус ощущалась… Как водянистые ягоды и кроличья кровь одновременно. Кролик покосился на него темным глазом и сказал, как говорят хорошему приятелю во время еды:
- Главное, не бегать под холмом — туда стекают солнечные слёзы.
Сохатый перестал жевать и нахмурился, и только хотел сказать кролику, что у него голова, кажется, мхом поросла и что за чушь он несёт, как из-за зарослей выскочил другой кролик и резко пнул кота лапами в бок.
___
Сохатый резко проснулся и уставился в пространство. Поле исчезло и вокруг, как обычно, был их лагерь, спящие коты и…
Серый воитель несколько раз моргнул, пытаясь сфокусировать зрение и увидел перед собой котёнка. Это… Как его?.. Ш-ш-ш… Змейка! Сохатый уставился на него, сонно похмыкивая и соображая, пока наконец не сообразил, что котёнок не шевелится.
- Ты чего делаешь, малой? - сонно пробормотал кот, грузно перемещаясь на другой бок и взмахивая хвостом.

Отредактировано Сохатый (2020-12-21 14:32:53)

— Призраков ищу, - ответил Змейка и начал странно елозить перед Сохатым мордой по земле. Серый кот с вялым интересом смотрел на это, думая о том, что кажется не ему одному снится что-то сумбурное. — Были тут. Был. Один.
Сохатый промолчал с несколько мгновений, пытаясь понять, что ему говорят, но, в конце концов, туманным взглядом изучив котенка, решил, что спать ему хочется больше, чем разбираться с ещё одними странностями соплеменников.
- Ладно, - добродушно ухнул он и зевнул. - Только из лагеря не уходи.
Сохатый краем разума подумал, что ещё одни поиски ещё одного кота будут уж совсем чересчур. Лучше уже искать призраков. Кот перевернулся на живот и с удовольствием потянулся, впиваясь когтями в землю, после чего снова свернулся, как улитка и одним глазом посмотрел на Змейку.
- Главное не шуметь, - пробормотал он, находясь одной лапой во сне. - У шумной мышки…
Сохатый попытался вспомнить старую поговорку, которую ему не раз повторял его любимый старейшина, когда воитель, будучи оруженосцем, вылавливал блох из его шерсти, но в голове уже всё смешалось и отказывалось думать и вспоминать.
- М-м, не помню… Не хватает лапок? - предположил он и благополучно уснул, отправляясь разбираться с наглым разговорчивым кроликом, который кажется очень хотел выдать себя за какого-то пророка.

Внимание, персонаж виден только для Змейки!
*из небытия*
[indent=2,0] С момента, когда душа покидает тело, время становится чем-то другим. Скорее вовсе перестает существовать, превращаясь в ничего не значащую субъективную оценку прошлого. А настоящее теперь статичная единица без начала и продолжения. Без того важного, что делает наши чувства живыми. Они становятся лишь бледным отражением самих себя, смутным и ничего не значащим отголоском прошлого. Единица, длящаяся вечность, отведенная для того, чтобы найти и понять смысл, ради которого душа живет после смерти.
Невозможно определить, сколько дней, лун, а может быть всего лишь секунд прошло с того мгновения, когда в холодной горной пещере сердце Колоса остановилось, до тех пор, как он очутился здесь. Его душа отделилась от тела и оказалась на той самой пустоши, от которой он столько лун убегал. Он не осознавал ещё где был, просто брёл куда сквозь схваченный первым морозом вереск, учась осязать его по новому. Он не чувствовал холода, прикосновений травы к лапам, мог лишь слышать обледенелое его шелестение, и этот знакомый с детства звук доставлял ему удовольствие, и он просто шел без остановок, глядя себе прямо под лапы, вглубь этих просторов, пока не оказался на вытоптанной множеством лап полянке. Здесь он остановился и поднял взгляд. Знакомые, но давно забытые, звуки спящего лагеря окружили призрачного кота, и ему даже почудилось что-то похожее на дрожь в лапах. Через мгновение, он узнал это место, узнал территорию племени Ветра, после чего поднял глаза к усыпанному звездами небу:
- Я умер,- озвучил он мысленно.- Тогда почему я на земле, а не на небесах?- он думал и при жизни, что путь в Звёздное племя ему закрыт, но был уверен, что все мертвые уносятся куда-то прочь от земли... Он же был здесь. Причем душа его не осталась в горах, а оказалась именно здесь, на землях, бывших ему родиной...
[indent=2,0] У него было слишком много вопросов, которые некому было задать, и от безысходности он поддался интересу и пошел вперед по поляне, заглянув в одну палатку, должно быть детскую.. Не смотря на то, что прежде ему хотелось убежать от тех, кто был ему родным, сейчас он испытывал жгучее желание увидеть их вновь. Сыновей, брата... Живы ли они вообще? Так много всего изменилось. Начать хотя бы с того, что Колос не понимал, почему лагерь племени Ветра находился здесь. Судя по сему давно...
- Что же случилось со старым лагерем...- пробормотал он себе под нос, зная, что никто не может его услышать. Коты попадавшиеся ему на глаза мирно спали, как и полагается воинам Ветра под открытым небом, не смотря на холода, и Колос снова сел, ища глазами родных. На глаза ему попался светленький котенок, который почему-то не спал, а напряженно что-то искал. Сначала Колос подумал, что он потерял вход в детскую, но потом понял, что котенок уже довольно взрослый для такой оплошности. На котенка приятно было смотреть. Новое поколение всегда олицетворяло благополучие, значит не беды, которые были на веку племени Ветра, они справились и процветают...

- Ладно. Только из лагеря не уходи. — котенок не мог поверить своим ушам. Настолько, что оторвал морду от земли и уставился непонимающими глазами на соплеменника, который уже снова сопел во сне. Сохатый успел ещё пару раз перевернуться с боку на бок, устраиваясь поудобнее, а Змейка всё так же стоял перед ним, словно изваяние. От матери ему за такое бы точно влетело. От отца... Змейке, несмотря на всю аккуратность и послушание, всё же пару раз приходилось выслушивать его заунывные лекции о том, как должны себя вести приличные котята, и... Ей-предки, лучше бы влетело.
Мысленно поблагодарив предков за везение (Змейка, правда не был уверен, в чем именно тут их заслуга, а не Сохатого), он, пятясь задом, отполз от спящего воина. Оглядев окружение в поисках других подозрительных кустов, в которых могут спать воители, он таковых не нашёл, а потому со спокойным сердцем продолжил своё "расследование".

Ничего.

Ни запаха, ни следов. Словно ему и правда всё показалось, или же то был сон наяву. Конечно, Змейка ожидал такого исхода, но это было бы так скучно! Впервые он нашёл что-то кроме жучков, стоившее его внимания, и даже это оказалось лишь наваждением.

Уже собравшись уходить прочь в детскую и досыпать очередной пустой сон, Змейка развернулся на половине пути, вспомнив, что он хотел спросить Дурмана о Звёздных Предках. До рассвета, конечно, было ещё далеко, но какая разница, спать у порога яслей или палатки целителя? То, что Дурман будет явно недоволен увидеть с утра лишнее тело в палатке, совершенно его не трогало. Более того, котёнок счёл это подходящим способом гарантированно привлечь внимание ворчливого кота.

Что-то было не так.

У палатки целителя Змейка снова понял, что не видит землю, как видел раньше. Травинки под светом луны словно слились в единую темную массу, а потом вновь распались, став болезненно чёткими. И посреди этого буйства деталей дрожащим маревом стояла серая фигура. Змейка внезапно осознал, что именно ему напоминало это состояние - именно так он смотрит на небо в своих снах, именно так оно дрожит и заставляет окружающий мир расплываться.

Главное - не сводить взгляд, но не фокусировать. Смотреть чуть в сторону, как смотрят на солнце или подглядывают за чужими делами. Змейка уверенно зашагал в сторону призрачной фигуры, на удивление не чувствуя ни тени страха. Только интерес.
Это... Была совсем не та кошка, которую он видел днём. Старый серый кот с усталыми глазами будто отшатнулся от Змейки, когда тот подошёл ближе. Котёнок втянул носом воздух рядом с духом, запоздало понимая, что всё равно не сможет ничего почувствовать.

— Доброй ночи. А где... вторая? — требовательно спросил он, смотря за спину Колоса. — Ты... — Змейка нахмурился и пригляделся настолько внимательно, насколько ему позволяла мерцающая пелена, закрывавшая фигуру бывшего целителя. Запутавшихся в шерсти звёзд он не увидел. — Ты не из звёздного племени. Если ты из тёмного леса, я закричу. — честно предупредил котёнок.