Я довольно улыбнулась, заметив, как загорелись глаза ребят после моей небольшой сказочки. Почти всегда у тех, кому я поведывала эту историю, была такая реакция. И почти всегда я снова начинала гордится тем, что родилась и выросла в том чудесном краю, где складываются такие чудесные предания.

- Сирша, а что мы тогда увидели? - Кай потянулся к сестре. Я дернула ухом и улыбка моя стала шире.

- Я помню лужи и плесень, - ответ Сирши меня не разочаровал. А вот Кай, видимо, был совсем другого мнения...

- Тихо, тихо. Не надо ссорится. Знаете, в плесени и лужах тоже есть много чего красивого. К примеру - однажды я видела плесень, которая обрастила камень. Полностью. И этот камень стал похож на пушистого кота. Только зеленого с голубоватыми пятнами. Честное слово - в темноте не отличишь!

Я засмеялась в усы. Было довольно весело вспоминать, как меня напугал тот самый камень, когда я сунула нос в какое-то здание. Молодая еще была. Долго я торчала там, ожидая, пока он уйдет, и только после того, как затекли мои лапы, я таки решилась подойти.

Были времена...

- Мы знаем про одну пещеру! Тут уже бывали, - Кай отпрыгнул от меня и направился куда-то. Сирша последовала за ним. Они всегда так вместе ходят? Похоже на то.

Я с сожалением вздохнула и поднялась на лапы. У меня нет ни сестер, ни братьев. Я, можно сказать, везунчик в вопросах выживания. Только одинокий очень.

Ускорившись, я догнала котят и пошла за ними.

>>>Пещера

Отредактировано Джей Ли (2016-01-11 01:50:12)

<<< Синий пруд
Кречет иногда поглядывал на Кедра. Что у него на уме? Он только не показывает, что злится, или ему на самом деле все равно, что он застукал своего соплеменника с одиночкой? И почему он молчит?
Кот прочистил горло. Как-то... нарушить молчание, что ли? Им ведь необходимо решить, что говорить по приходу в лагерь. Но звук так и застрял в горле, Кречет просто не мог начать разговор. Не чувствовал такого права.
Постепенно он раздумывал, а в чем, собственно, его вина. Бунтарское детское чувство зарождалось в груди обидчивым загнанным в угол зверенышем: хотелось упрямиться и отвечать на все нарочито дерзко и с безразличием. Ну, мол, ушел к древним скалам, провел отличную ночь. Захотелось расслабиться, и он позволил себе больше, чем когда-либо еще. Кречет ведь не разболтал никаких тайн Речного племени, он не причинил никому вреда! И уже сегодня днем он вернется к своим обязанностям, ничего не изменилось.
Эх, не может он так. Понимание, не присущее другим его возраста, было его проклятьем. Кречет был взрослее своего возраста, и ему не нужно было объяснять его вину. Да, оплошал, сколько ни успокаивай себя, факт остается фактом.
Кречет тяжко вздохнул. Звездное племя требует от него, чтоб он был достаточно мудрым, достаточно смелым и сильным. Он старался, он честно старался! Просто... просто он же котенок. Каким бы ранне-повзрослевшим умом ни был, какая-то часть сознания все равно была подростковая. Со всеми вытекающими последствиями: своенравными поступками, например, как сегодня. Все же, Кречет был очень юн. И это его тяготило, особенно сейчас, когда он шел, съедаемый совестью и нехорошими мыслями. О том, что он не должен был быть избранным, не должен обладать такими знаниями. Не должен быть тем, от кого зависит, сумеет ли Осинник исполнить предназначение!
- Как собираешься оправдываться?
Они шли вдоль реки. Кречет услышал это и поднял взгляд на Кедра.
...и если бы все его проблемы сводились к тому, чтоб оправдаться перед Осинником. Как бы не так. Наставник однажды не сможет простить, что все полетело к черту, потому что в ангелы ему достался такой никудышный помощник.
Жалко, что Кедру нельзя рассказать. Тоже. Но может тот догадывается сам?..
- Кедр... - Кречет услышал, что голос какой-то поверхностный и с удивлением обнаружил в нем бурлящее детское негодование, готовое выплеснуться наружу. Что оно, собственно, и сделало, - Почему ты даже не спрашиваешь, почему я это сделал? Так ли важно, как оправдаться, если после этого ничего не изменится, и будет хотеться снова и снова нарушать этот воинский пес его побери закон! - он тяжело задышал. Ему так хотелось наконец-то выговориться вместо того, чтоб смирно придумывать, как зачистить все следы преступления, чтоб даже в мыслях не было воспоминаний о месте, где он был счастлив.

Отредактировано Кречет (2016-09-12 18:45:38)

<<< Хвойный лес

Мастер с Мракокрылом подошли к реке чуть раньше остальных. Сев на заснеженную землю, кремовый кот вытянул лапу и оглядел ее. До плеча все до сих пор было забрызгано кровью, которую он не удосужился отмыть. Впрочем, то, что у длинношерстных называлось воротником, у него тоже не блистало чистотой и опрятностью.
- Мы идем не беседы вести и убеждать в чем-то, а завоевывать. Чем страшнее мы выглядим, тем лучше, - еще в начале пути сюда уверенно бросил Мастер, обращаясь к верно следовавшему за ним Мракокрылу. А теперь же он оценивающе смотрел на лапу и чувствовал, что немного переборщил. Ну и ладно. Перебарщивать - его конек.
- Ждем, - обронил он фразу и замер, не сводя взгляда с Мракокрыла, будто хотел выяснить, как долго можно концентрировать внимание на ком-то одном. Причины в этом рассматривании не было, Мастер просто не видел необходимости смотреть на что-то другое и со свойственной ему социопатичностью не предпринимал никаких действий, которые могли бы сделать ситуацию более комфортной.
Вскоре начали собираться одиночки. Первыми подошли два кота - Костяк и Клык. Прозвища для племени, конечно, они придумывали себе все эти пять дней, споря наперебой друг с другом в желании взять себе самое устрашающее. Костяк был большим бурым, почти черным котом со свалявшейся длинной шерстью. Его короткую морду рассекал безобразный шрам, полученный в какой-то драке. Когда перебирали имена, он хотел назваться Шрамом, однако друг его отговорил, намекнув, что называться именем кота, который потерпел неудачу, не стоит. И вообще, это может кончиться.
Клык же был полосатым с белой грудкой и уступал приятелю в размерах, однако не в амбициях и не в числе драк. Один клык его на нижней челюсти выступал из зубного ряда, видимый даже когда рот был закрыт. Так что к тому, почему он выбрал себе такое прозвище, вопросов не возникало.
После них одиночки стали подходить целыми пачками, словно все это время сидели в лесах по обеим сторонам от места встречи и не хотели быть первыми. Впрочем, возможно оно так и было. Мало кто хотел прийти первым, но обнаружив, что толпа потихоньку набирается, отбрасывали страх и присоединялись к Мастеру.
Из серой массы кучи разношерстных бродяг помимо Клыка и Костяка заострить внимание можно было на кошке, представившейся не иначе чем Анхесенпаатон. Мастер не старался выговорить ее имя и сказал, что будет обращаться "эй ты", пока она не сократит его минимум до двух слогов. Кошка оскорбилась и отвернулась, однако сборище не покинула. Никто не был уверен, что она умеет сражаться, но подозревали, что ей просто хотелось в племя, где жили ее предки. По мере общения каждый второй узнавал, что у Анхесенпаатон голубые крови, и она наследница какого-то великого предводителя, который когда-то правил одним из племен. Каким - ее родители не уточнили, но мать точно говорила, что в детстве ее мать рассказывала, как ее отец полюбил кошку из племени, а потом выкрал ее, и они сбежали в любовные странствия. Конечно, вскоре он ее бросил, но это уже неважно. А также мать с уверенностью говорила, что именно такие имена, вроде Анхесенпаатон, и носят коты-воители, поэтому сейчас эта белая одиночка с черным хвостом и ушами - единственными цветами на шкурке - отстаивала эту теорию. Мол, придет в племя и будет в кругу подобных себе, с такими же сложными и красивыми именами.
- Постройтесь, - сказал Мастер, - мы должны дождаться Иву, до ее появления никто никуда не пойдет.
Кот еще некоторое время назад потерял Мракокрыла из виду, расхаживая между рядами котов и уделяя внимание им. Что делать черному коту он не сказал, как бы вовсе забыв о его существовании.

Снег хрустел под подушечками рыжих лап. Лисохват шел в сторону сбора, где и должен был быть в назначенный час. И, надо сразу сказать, он был уверен, что пойдет сюда, еще с того момента, когда выслушал убийцу Острозвезда у древних скал. Вся та реакция, продемонстрированная Блуднику, была не более чем хорошо отыгранный спектакль, а последующие просьбы не лезть на рожон искренние отчасти, ведь тот кот и правда стал ему хорошим приятелем, и смерти для него не хотелось. Лисохват дал ему последний совет от себя, в целом равнодушный к его дальнейшей судьбе, но все же в какой-то степени надеясь, что он ему последует. Уйдет из этих мест и никогда его больше не увидит.
Дорога же рыжего кота вела прямиком в Речное племя. Он всегда это знал, знал, что его цель там. С прощания со Льдом знал, с прихода в лес, и ни минуты не сомневался, когда представилась такая удивительная возможность. Сама судьба подкинула шанс, будто подстраиваясь под его планы, и  если Блудник окажется по другую сторону баррикады, это не помешает ему их осуществить. Если для того, чтоб остаться в доверии у Мастера и пойти с ним в Речное племя, Лисохвату придется убить Блудника, он бы сделал это без рассуждений.
Увидев много одиночек, Лисохват протиснулся через их скопище и невозмутимо сел во втором ряду, стараясь не особо привлекать к себе внимание Мастера. Второй ряд - самое то. Ты в курсе событий, но внимание сосредоточено не на тебе. Идеальная маскировка.
Рядом с Мастером сидел какой-то юнец угольного окраса. Он сразу привлек внимание Лисохвата, зоркого до деталей. Почему он здесь? Кто он такой? На древних скалах рядом с кремовым котом никого не наблюдалось. Но он сидит так близко - единственный не испытывая опасения, что находится рядом с их лидером. Сидит так, будто имеет на это право. Может, и у древних скал он был неподалеку?.. Лисохват на всякий случай запомнил, что этот котик знает о Мастере больше, чем кто-то другой и наверняка провел с ним больше времени.
- Мы должны дождаться Иву, до ее появления никто никуда не пойдет, - сказал Мастер.
"Ива", - Лисохват с улыбкой покачал головой. Не ожидал никак. Очаровательная встреча намечается. Они знают друг друга, хоть и лично им никогда не было повода общаться. И тем не менее виделись не раз на Советах племен.
Компания, собравшаяся по берегу реки, была разнородной. Лисохват изучал, кто на ближайшее время будет его "племенем". Костяк и Клык - типичные молодые и амбициозные молодые коты, которые уже через луну превратятся в грозных вышибал и будут плясать под дудочку Мастера, делая все, чтоб он дал им вкусную косточку от съеденной ранее мыши. Они начнут драться друг с другом за право облизать ее первым. Анхесенпаатон была истинной блондинкой, считавшей, что в племени ее настоящий дом. Скорее всего ее ожидания будут обмануты как у одной из первых. И она убедится, что и имена у воителей другие, и ее история с "мать моей матери говорила, что ее мать говорила, что ее отец..." никого не впечатлит, а только рассмешит.
Ухмыльнувшись, Лисохват стал всматриваться дальше, вычисляя слабые и сильные звенья.

==>>Земли одиночек, Земляная пещера

  Снег мел прямо в глаза идущим котам, когда ветер подхватывал его и швырял им в лицо. Пепел шагал чуть впереди, пытаясь протаптывать путь. Пряча глаза от ветра он наклонял голову и щурился, так что не видел почти ничего вокруг. Было ещё достаточно темно, когда они вышли, но небо стремительно розовело.
- Мы же не опоздаем? - пропыхтел Пепел, оглядываясь на Крапиву. Они рано утром перекусили вечерним уловом и сейчас еда приятно оттягивала желудок. Прошедшие с визита Мастера в их пещеру дни они провели славно, охотясь друг для друга, засыпая на одной подстилке, тренируя боевые навыки Пепла и разговаривая. Теперь у серого одиночки были смутное ощущение, что так и было всегда, но он был слеп, глух и нем. Поэтому и не замечал того счастья, которое случилось с ним давным-давно.
- Я их чую, - вдруг сообщил кот, когда холм загородил их от слишком сильного ветра, и он смог различать запахи. Хотя, запах столького числа котов было бы сложно не заметить. Но он по крайней мере точно мог сказать, что это то самое кошачье сборище, которое они ищут.
  По виду собравшихся было очевидно, что основная масса собралась уже достаточно давно. Судя по тому, как они вытоптали снег вокруг. Пепел постарался провести свою спутницу по краю, чтобы они не особо бросились в глаза всех окрестных одиночек.
  С каждым шагом, который приближал их к этому воинству, Пепел все более старательно выискивал глазами Мастера. Наконец он разглядел его и посмотрел долго и внимательно, тайно надеясь, что  и тот взглянет на него. Пусть знает, что слово чести в краях, где родился Пепел стоит дорого.