Реакция, как и ожидала Ореховая, была соответствующей. Казалось, что Лучехвостая сейчас на неё наброситься и разорвёт на части за плохие новости. Распушившись, она готова была уже лопнуть, разрасталась и разрасталась, пушилась всё больше и больше, как вдруг... Словно разрядилась и опустилась на землю, порывисто выдыхая. Лёд раскололся на мелкое крошево, разум победил эмоции. До неё дошло. Ореховой самой стало легче, словно она сбросила с плеч сильно тяготивший её груз непонимания наставницей происходящего. Было ясно, что Лучехвостая теперь притихла на долго, она не будет больше кричать, не будет выть и метаться туда-сюда, не понимая что происходит, скорее всего, ближайшие луны она будет напоминать тихий и безобидный овощ, который нуждается в заботе и поддержке. Коричневая ученица была готова дать эту поддержку всей душой. Между ними с Лучехвостой никогда не было тайн и непонимания, поэтому Ореховая так же остро переживала ситуацию, параллельно переживая ещё и за пёструю воительницу. Что её ждало? Одиночество, любопытные взгляды, сплетни за спиной, наглые и любопытные носы, мешающие со всех сторон. Боль в конце концов. Медленно встав ещё до просьбы наставницы, ученица так же медленно подошла ближе. Заглянув в самую глубь ярких глаз, она с ужасом увидела, как яркий огонь боевой наставницы в них стремительно угасает. Она словно старела в эти мгновения, на глазах лишь одной Ореховой. Ветер трепал шкуру обеих. Они обе молчали. Слёзы наставницы заставили плакать и собственную подопечную. Молча, без всхлипываний, ученица чувствовала, как горячие крупные слезинки тихо стекают по морде, падая на холодную землю. Хотелось плакать от потери Урагана, от того, что наставница страдает, но ещё ужаснее было то, что Лучехвостая норовила сама вот-вот потеряться, и скорее всего, это было бы окончательно и бесповоротно.
- Обними меня, Ореховая...- Крепко.
Тихо охнув, девочка птицей вспорхнула к наставнице и прижалась к ней всем телом, словно хотела согреть и укрыть от ветра. Кажется, она даже чувствовала сквозь шерсть слёзы пёстрой учительницы, что прожигали густой мех, скатываясь до самой кожи. Зажмурившись, младшая зарылась носом в яркой шерсти, молясь о том, чтобы Звёздные Предки позаботились как об Урагане, так и о самой Лучехвостой. Пусть пошлют ей с Неба хоть немного утешения. Она бы всё отдала за то, чтобы наставнице стало хоть немного легче. В горле пересохло, было больно и трудно глотать, ученица жалась ещё крепче и крепче.
- Ты есть у меня, а я есть у тебя, Лучехвостая...
Больше она была не в силах что-либо сказать, да и нужны ли были слова, когда и так всё было понятно? Две одинокие души нуждались в поддержке друг друга, так как по сути, кроме как их самих ничего уже и не осталось.