<<<Река
Сычеух со Звуколапкой направились от реки в сторону полян, которые и являла собой другая часть их территорий, разительно отличавшаяся от привычного березняка. Здесь они были под открытым небом; где-то впереди темнел густой лес, у кромки которого Речные и помечали границу. А слева небольшая рощица. Но наставник с ученицей двигались мимо перелеска. . 
- Рассказывали, но немного, - тем временем говорила Звуколапка на вопрос о двуногих, - Они большие и опасные и... Еще их носят чудовища... Двуногие иногда появляются на берегу озера.
- Ты сразу их узнаешь. Они единственные, кто ходит на двух лапах, - сказал Сычеух.
- А еще они разрушили наш старый лес. А что это за место? - спросила ученица. Рыже-белый кот уже подвел ее к переправе, которая, казалось бы, совершенно тут не нужна. И правда - река-то давно высохла, на ее месте было болото, а теперь под толщей снега и того не было видно. Так что деревянное сооружение стояло бесцельно и просто служило хорошим приметным местом, где можно было назначать встречи. Ориентир, грубо говоря.
- Это их переправа. Когда-то мостик был перекинут через одно из ответвлений реки, но сейчас оно давно высохло, а штука двуногих осталась. Это аналог нашему поваленному дереву, которое служит переправой на Остров Советов. Даже двуногие проявляют признаки зачатков разума, - улыбнулся Сычеух, хотя, как и все воители, он был уверен, что двуногие совершенно мышеголовые. А еще их поведение трудно объяснимо, - Что насчет чудовищ - те никогда не сходят с гремящей тропы. И пока ты сама не ступаешь на тропу - ты в безопасности.

- А у нас есть гремящие тропы? - спросила Звуколапка.
- Есть одна, - серьезно сказал Сычеух, - она служит границей с племенем Теней. В следующий раз, если ты как сегодня не проспишь утренний патруль, мы обойдем все границы, и ты увидишь эту тропу. А сегодня наша задача в другом. Охота, - кот махнул хвостом, подзывая ученицу, а затем рысцой направился в сторону полянки для тренировок, находившейся в негустой рощице, всё по эту же сторону реки.
Когда они уже почти достигли нужного места, Сычеух почувствовал запах мышки. Отведя и без того прижатые к голове уши назад, воитель велел Звуколапке замереть, а сам медленно пополз вперед, как партизан, затаившийся в снежном укрытии. С одной стороны, такой густой слой снега служил хорошей маскировкой - мышь его не видела никак с того места, где сидела; а с другой - он и сам не видел ее, только ориентировался на запах. Конечно, пару раз Сычеух вытянул шею, чтоб узнать на какое расстояние прыгать.
Переступив задними лапами, кот хорошенько оттолкнулся, найдя в рыхлом снегу некоторую опору для лап, а затем совершил длинный прыжок точно на мышь, накрыв ее лапами с выпущенными когтями, а потом прикусил шею, окончательно убив, и повернулся к Звуколапке.
- Эта дичь - дар Звёздного племени, и мы благодарны ему за то, что наше племя будет сытым, - сказал он, - Каждый раз, когда ты будешь ловить дичь, ты должна помнить это и мысленно благодарить Звёздное племя, когда охота будет окончена. А теперь пойдем, я покажу тебе приемы, которые необходимы для охоты.
Изначально в его планах не было красоваться и ловить кого-то до того, как они дойдут до поляны. Но мышь оказалась рядом очень кстати, и он просто не мог проигнорировать такой аппетитный запах. К тому же - никому не мешает посмотреть на пример, чтоб знать, чего от него ожидают.
Подхватив мышь за хвост, Сычеух повел Звуколапку дальше, теперь уже без остановок.
>>> Поляна для тренировок

<-- Лагерь
- Я на утренем патруле уже все границы посмотрела, и территорию тоже! Мы с Сычеухом и Иловой были. А Звуколапка проспала. Я даже мышь поймала! - обиденно и немного гордо скащала Буролапая. Дикая смутилась, но быстро сориентировалась и похвалила ученицу за пойманную мышь. Тут она вздрогнула от неожиданности, ее ушей коснулся плавный, мурлычащий голос.
- Заменяешь? - с кошкой поравнялся Затихший Небосвод. - Покажешь ей территорию?
Кошка улыбнулась сопровождающему. Он начал нравится Дикой еще до посвящения в воители. Однажды они даже вместе прогнали лису. Рядом с Затихшим Небосводом ей было тепло, приятно и уютно. Кошка посмотрела в его зеленые глаза своими травянистыми и ответила:
- Да... Я новая наставница Буролапой. Но раз уж территорию она уже видела, покажу ей пару приемчиков. - Дикая улыбнулась и повернулась к ученице.
-  Хорошо, тогда я покажу тебе пару приемов, - сказала Буролапой кошка. Она и не заметила, как они очутились около моста Двуногих.
- Ты поможешь мне? Я немного знаю про этот мост... - прошептала Дикая на ухо Затихшему Небосводу.

---> Лагерь
Буролапая фыркнула, когда Дикая начала спрашивать совета у Затихшего Небосвода.
Ответ его оказался странным.
- Мостик для отработки приемов плоховат.
Пойти с Сычеухом.Или в овграг.Там в снежную пору весело бывает. Странно слышать от меня, да? - с каждым сказанным предложением кот то забирался на мостик, то садился на перила. Буролапая распушила хвост и сказала:
- Пойдёмте в овраг. А что, я хочу научиться драться!- произнося последние слова, кошка начала неуклюже бить невидимого противника. Сразу было ясно, что кошечка умеет драться только по-котячьи, хотя ей уже почти семь лун.
Вскоре ей надоело возиться со снежками, и она приоткрыла пасть.
- Тут недавно прошёл Сычеух, и он поймал мышку.
Кошка принюхалась и почувстсвовала запах белки на дереве возле мостика.
- А как надо ловить белок?
Буролапая решила подбежать к дереву, но тут оступилась и упала. Лапка заболела, и кошечка с трудом могла ей пошевелить. Попытавшись встать на остальные три, она потерпела неудачу и нервно задергала хвостом.
Вскоре боль утихла, и Буролапая смогла легонько встать на всё четыре лапы.
Прихрамывая, кошка отправиласт в лагерь, поманив взрослых за собой и сказала:
- Собрание уже наверняка началось иои начинается! Пошли..

Отредактировано Буролапая (2016-03-15 21:00:57)

Поляна в березевой роще ------>

Да, закат был в самом разгаре. Двигаясь бесшумной серой тенью между призрачными березками, серенькая кошка отчего-то остановилась, чтобы двигаться еще тише: такой уж была атмосфера. Уже послышалось легкое журчание воды. Прежде успокаивающее, сейчас оно заставило увеличиться течение крови в венах, напоминая, что мостик совсем рядом. А значит, там её ждет Осинник.
Нет, немыслимо. До сих пор эта мысль удивляла юное создание, ведь те цветы передал Кречет, а они были лишь символом симпатии бурого глашатая. Но Ручей ни разу не видела его привязанности вживую. Ни разу не видела горящих глаз, неровного дыхания, или что там еще должно быть у влюбленных? Точно, лапы. Её собственные, дрожащие, подсказали.
Решив перевести дух и успокоиться, кошечка уселась у самой границы березняка и травы, через которую нужно было идти к Мостику. Серая не видела, есть ли там кто, и уж очень хотела посмотреть, но побоялась выглядеть глупо: Осинник был хорошим охотником, и выйдет неприятный конфуз, если он там заметит её, крадущуюся, словно шкодницу какую-нибудь.
Дыхание выравнивалось. Путешественница снова вспомнила цветы, подаренные Осинником через его оруженосца: нежные, розоватые, очень милые. Неужели она и впрямь понравилась бурому воину?
Надо было взять в себя лапы. Ручей ведь уже не мелкая первогодка. Нет! Ей уже... почти два.
Двадцать четыре луны яркой жизни. И тут в ней появляется этот самый Осинник.
А что же дальше?
Наконец в синих глазах испуганный блеск сменился живым огоньком. И она, поднявшись и выпрямившись, пошла по траве, приближаясь к алому в солнце мостику.

Лапы все равно подрагивали. Изредка ощущая внутри нарастающее волнение, синеглазка отводила уши назад, а потом тут же выставляла вперед: надо слышать, что происходит на мостике. Не раздадутся ли шаги? Не послышится оклик?
Ох... послышится.
Сперва кошечка увидела тень. Тень на деревянной поверхности моста, все больше и больше удлинняющуюся при заходящем солнце. А следом за тенью навстречу Ручей вышел кот, темнеющий на фоне заката, и всё, серенькая пропала.
Назад пути не было.
А там её ждал Осинник.
На мгновение оступившись, Ручей замерла с приподнятой лапой, а потом, уверенно вскинув голову, напомнив себе, чья она дочь и что повидала в жизни, дымчатая кошечка ступила вперед, подходя через травяные заросли к мостику. Осинник смотрел на неё, они оба молчали, пока синеглазка подходила к нему - казалось бы, целую вечность.
Но вот, он пришел, и это не посыльный, а сам глашатай, сам Осинник один на один со своими возможными чувствами и... с ней.
Шершавая поверхность дерева чувствовалась под подушечками лап. Ручей подняла глаза и... слабо, но просто улыбнулась ему.
- Прекрасно выглядишь, - нарушил звенящую тишину бурый глашатай, и синеглазка огромным усилием воли не дала себе смущенно потупиться, но уши сами собой отвелись назад, принимая такой комплимент.
Ей нельзя было быть уверенной в его чувствах. Ничего не было ясно. Ни-че-го.
- Мне приятно, Осинник, - мягко ответила Ручей. И это та бойкая воительница, перешедшая горы, загоняющая уток? Задорно смеющаяся, игривая? Но все же она - кошка. Юная, смущенная, не понимающая ничего.
И сейчас она во все глаза смотрела на Осинника, беззвучно упрашивая его всё ей объяснить. Он же знает, правда?

Молчали. Ну, помолчат еще. Ручей уже хотела было отвести взгляд куда-нибудь в сторону, только бы не видеть растерянных зеленых, но Осинник наконец подал голос.
- Эм... это я принес тебе, - мяукнул глашатай, объясняя голубой цветочек в зубах. Надо же. Похоже, цветы - его фишка.
Интересно, а Пиранье он их дарил?
Но он был такой... робкий? Серая невольно заулыбалась, глядя на обычно серьезного, собранного воителя, грозу Кречета и всея оруженосцев... с цветочком.
На свидании.
- Не знаю, наверно глупо. Что тебе с ним делать?.. Можешь оставить здесь, - совсем растерялся кот, и Ручей уже едва не засмеялась, тихо, по-доброму. Приятно осознавать, что она здесь не одна такая потерянная. Хотя? Наверное, было бы намного проще, если бы Осинник твердо знал, чего и кого он хотел, взял всё в свои лапы и показал совсем еще юной воительнице, что такое любить.
А тут... маленький цветочек. Ручей уже хотела было принять его, но тут Осинник совсем удивил её, выдумав, как сделать из него своеобразную "заколку".
- Хотя постой-ка.
И она послушно стояла, наблюдая за глашатаем. Смастерив украшение, кот приблизился, заставил кошечку от смущения поджать уши и скосить глаза вверх на украшение.
Впервые Осинник был очень близко, заставляя Ручей в тысячный раз смущаться. Но заколка была удивительной, и она не могла не улыбаться.
- Кто бы мог подумать, - негромко рассмеялась кошечка, по-доброму усмехнувшись и сощурив теплые глаза. И в самом деле, сколько можно его бояться?
- Ручей, тут такое дело... на самом деле я пришел, чтоб рассказать... - замешкался кот, запинаясь. Серая молчала, не перебивая, упираясь всеми лапами в древесину, чтобы они не дрожали. Что? Что Осинник хочет рассказать?
Но... нет.
- Не хочешь прогуляться?
- Мр? - посмотрев по направлению его хвоста, на реку, Ручей кивнула.
- Пойдем. Там прохладнее, - первой спрыгнув с мостика, серая обернулась.
Да, лучше туда, где попрохладнее. А то жарковато.

Мерный шаг немного успокаивал. Синеглазая кошка старалась не отводить уши слишком часто, чтобы не выдавать свое смущение, а еще чтобы цветок из-за ушка не пропал. Бурый, казалось, тоже немного успокоился, когда они ушли с мостика, где воздух можно было когтем резать - настолько уж все звенело от напряжение.
- Ну, вот мы наконец одни, - нарушил тишину кот, сосредоточенно отмеряя каждое слово. Ручей сдержала нервный смешок, с удивлением отмечая, что их шаг выровнялся, и шли они лапа в лапу, - Мне показалось, что это отличная возможность узнать друг друга получше без посторонних ушей и... - Осинник небрежно отбросил ветку, лежащую у них на пути, - Мы ведь так и не сходили больше никуда, хотя собирались.
Да. Собирались. Это воспоминание неприятно шевельнуло что-то внутри, и серая путешественница сжала желваки. Никогда она, наверное, не забудет, что глашатай ушел с Пираньей по одному только её слову. Как ведомый котенок, а не как воин, как кот с большой буквы. Раскаивается ли он? Может быть. Но поступил очень некрасиво.
- Да. На тебя резко свалились... другие... дела, - старательно подбирая слова, ответила Ручей, почти не скрывая своей обиды. Конечно, горечь прошла давно - так, осадок остался.
- Итак... я слышал, Стрекоза - твоя лучшая подруга?
- Да, это так. Мы были дружны еще до моего ухода, - с улыбкой ответила серая, с удовольствием поддерживая этот непринужденный разговор. Правда, Ручей была немного удивлена: почему он спросил про неё?
И про него?
- А Львиное Сердце? - спросил Осинник, и синеглазка на мгновение даже запнулась, остановившись и непонимающе посмотрев на глашатая. А тот пояснил:
- Вы вернулись вместе в племя, и какая-то часть путешествия была у вас бок о бок. Можно ли полагать, что вы... ты и он? - многозначительно протянул Осинник, а Ручей... не смогла ответить сразу.
- Он спас мне жизнь. Дважды, - выпалила дымчатая воительница, чувствуя вечную благодарность, живущую где-то внутри.
- И он тот, кто всегда будет рядом. Я могу на него положиться без сомнений, - уверенно мяукнула кошка, почти добавив "и он бы не ушел так с Пираньей". Да. Быть может, с Львиным Сердцем у них могло бы все сложиться. Откуда ей знать, что будет дальше?
Но я же сейчас здесь, с тобой.
---> Река

Главная поляна >

Львиное Сердце неспешно брел за кошкой, что шла с такой небывалой легкостью, что он поражался, как только она умудряется быть такой невесомой. Еще и смех такой вот, как мимолетное щебетание птиц. Она даже чем-то напоминает Водичку, однако та была все же ребенком, которому были присущи смех, легкость.  Помнится, он к ней пришел в детстве, к такой маленькой Водичке, так любил ее, хотел ее оберегать. Только вот Фантазия как-то отталкивала своим взглядом в душу, своим настроением и настроем. Львиное Сердце корил себя за то, что судит об этой кошке так предвзято. Но рыжий был и прост в этом. Не знаешь ее совсем - так узнай.
- Я ещё не придумала. Но да, я хочу с тобой поговорить - как-то необычно улыбнувшись той улыбкой, которой не улыбалась еще ни одна кошка в его жизни, тихонько прозвенела воительница, даже и не смотря на него, а куда-то вперед. И пока он шел за ней, он понимал, какая она взрослая, но маленькая, мыши-рыбы, она ему была по грудь, словно ученица. И тем не менее, она совсем не выглядела такой. Было в ее взгляде что-то непостижимо взрослое, глубокое. Правда, сейчас он видел ее макушку, ну да ладно.
- Значит, ты просто захотела со мной прогуляться, - сделал вывод рыжий кот, усмехнувшись себе в нос. Наверняка Ручей сейчас в непонятках - как так, малознакомая кошка решила погулять с ним. Львиное Сердце покачал головой, надеясь, что серая воительница не очень расстроится.
Осень постепенно настигала лес, робко окрашивая зеленые листья деревьев в осенние тона. Львиное Сердце с тоской отметил, что теперь придется с удвоенной силой ловить дичь, укреплять лагерь, помогать целителям делать запасы на зиму. Он хотел сделать все как лучше, но понимал, что все равно, они будут голодать и болеть через пару месяцев. Ветер уже был холодным, и будь кот человеком, он бы посоветовал одевать свитера и шапки каждому. Однако он был кот, и надеялся, что оруженосцы отъели запас жирка для голодного сезона. Воин надеялся, что будущие болезни не унесут много жизней. Он помнил, как находил трупы умерших одиночек в снегу, замерзших и исхудавших. И тогда он жалел, что не смог им ничем помочь.
- Выглядишь немного потерянным, - просто, как голый факт,  произнесла Фантазия. Исполин потупил взгляд, ведь она попала в самую точку.
- Ну, конечно, мы с тобой не особо общались, а тут ты меня зовешь на прогулку, - рассмеялся кот, пытаясь как-то перевести тему. - Тебе понравилось, как я сражался? - спросил он, чуть подровнявшись с ней. Он искал причину того, почему она его позвала, а не спрашивал, понравилось ей или нет. Львиное Сердце не хотел слышать отрицательный ответ, но и не мог принять похвалу, так как считал себя не достойным этого.  Правда, когда его хвалил Осинник, рыжий воин  запросто их принял, чувствуя правду и искренность. А Фантазия... Кто знает, что у нее на уме?
- И насчёт тех моих слов, что ты добрый, Львиное Сердце. Ты ведь ничего не ответил тогда. Думаешь, я это несерьёзно сказала? - она оглянулась, пронзив кота насквозь простым взглядом, а потом вновь легко и непринужденно зашагала к мостику. Львиное Сердце не сразу нашелся, что ему ответить.  Он не мог сказать, что он добрый.  Он вообще не знал, какой он. Он видел себя в отражениях луж, понимал себя и свои обязанности, но когда его просили описать себя, он невольно вставал в ступор, невнятно бормоча, что он рыжий и большой, сын Жабозвезда и Фиалки... А, если характер, то, наверное... не уверен... И так далее.
- Или я тебя с толку сбила? - она попала в самую точку.
- Я не знаю, тебе виднее. Я не могу согласиться с этим, не могу и отрицать.  Доброта бывает разной ведь. Иногда она граничит с жалостью или глупостью, а так... Я просто такой, какой я есть, - раздосадованно отозвался кот, поглядывая куда-то в сторону, а не на кошку. Казалось, что она вытягивает из него душу и держит в своих лапах, читая его душу.
Вот они и дошли до мостика, Фантазия с легкостью запрыгнула на ступени, смотря на него уже сверху. Легко и с простотой. Утренняя прохлада приятно огибала их двоих, гладила гладь реки. Тихонечко журчала вода. Кот немного испил воды после боя.
- Жду тебя здесь, - как птичка, мяукнула кошка, приглашая воина к себе. Она блаженно прикрыла глаза, наслаждаясь чем-то своим, тем, что Львиному Сердцу не дано было понять.
- Расскажи мне о себе, - мяукнул кот, поднимаясь к ней, скрипя деревянными досками. Он улегся на ступени. Вальяжно и во всю внушительную длину.

- Мне понравилось, что ты добрый, - без твердости в голосе, но возвращая свою ясность этой непонятой ситуации, мяукнула кошка. У нее была такая удивительная черта, что когда она говорила, то Львиное Сердце, хоть и пытался действовать осторожно с ней, все равно, ее мягкость, ее взгляд заставляли расслабляться, задумываясь о тех насущных вопросах, которые она будто бы специально ему показывала.
Львиное Сердце мотнул массивной головой, пытаясь осмыслить ее слова. Но как ни крути, он явно не понимал, где он проявил тогда доброту. Или она говорить в общем?  Чтобы не показаться глупым рыжим комком меха, кот выдавил из себя слова благодарности.
- Спасибо, - коротко мяукнул он, чувствуя вновь неловкость. Он еще никогда так сильно не волновался и не считал себя рыбоголовым котом, со времен его возвращения. Вдвоем они не спеша преодолевали тропинки и кусты. Львиное Сердце погрузился в себя, думая о том, действительно ли он добрый... То есть, в каких местах. Что она хотела этим сказать? Или действительно, ничего? Как же сложно!
- А ты очень милая, - выпалил кот, - почему мы раньше не пересекались? - он пытался вновь разбавить атмосферу, однако в его голове не звучало комплимента, которые обычно дарят влюбленные коты. Просто факт, заглатывание слов. Он никогда не флиртовал с кошками, хотя часто чувствовал к ним симпатию.
- Разве это не здорово, Львиное Сердце? Ты такой, какой ты есть, - мяукнула Фантазия, вновь заставляя кота чувствовать себя не в своей шкуре. Но он должен быть уверен в себе, он же кот, он сильный!
- На самом деле, я был бы рад родится другим, обычным котом, - не задумываясь, выпалил рыжий, будто бы окунаясь в холодную прорубь. Он давно это хотел это сказать, давно об этом думал, но не решался, но почему же именно сейчас? Он смутился, но решился договорить. - Но я знаю, что это моя судьба, и я должен её принять. Я рад, что могу защищать племя, быть его частью, хоть и не полноправно. Возможно, Звездные Предки знали, что я сбегу из племени, поэтому они позволили мне родиться в числе грязнокровок.
Он высказался. И почувствовал себя голым перед совершенно незнакомой кошкой. Даже его густой мех не спасал от глупого стыда. Он вспомнил Росинку, Лотоса, Гаафа  и всех-всех, кто встретился ему на пути одиночках. Он мог бы их променять на спокойную жизнь, на чистую кровь и жизнь без путешествий, но тогда стал бы он таким, какой он сейчас? Стал бы он Львиным Сердцем, кто бы спас Ручей? Кто бы шел сейчас вместе него? Кто бы спас Обманушку? Кто бы сразился на равных с Осинником? Не скучно было бы ему таким вот обычным котом? А смог бы он без стыда заглядывать на место Глашатая, смог бы флиртовать с кошками? Смог бы...
- Я люблю петь, - и вновь кроткий ответ, словно бы его и не было, будто бы ему показалось вовсе, что она что-то мяукнула. И вновь взгляд снизу вверх. И вновь голубые глаза. - А ты? Ты мог бы рассказать о себе, используя всего лишь три слова?
Львиное Сердце звонко засмеялся,будто она рассказала очень смешную шутку. Он даже поднялся на передние лапы, и лишь не скоро прекратил смеяться.
- Я - Львиное Сердце. Вот и все, просто и обычно, но мне кажется, что я правда... - достоин?  нет, нет... И он замолчал, не зная, как подобрать верного и правильно слова. Ветер обдул их двоих, шумно свистя в ушах, в листве деревьев.
- Спой мне что-нибудь, - со вздохом предложил кот, вновь укладываясь.