Ручеёк выставила лапу, стараясь защититься и отскочила назад, но Сычеух-таки настиг ее. Лапа кошки оказалась прижата к ее туловищу, а сам же он свалил ее, искоса глядя за передвижениями Бурного. Тот наскочил сверху - внезапно, как ураган. Но Сычеух был внезапнее. Он попросту перекувыркнулся вбок, и Бурный приземлился на Ручеёк вместо спины своего противника.
Казалось, что бы пара не делала, ей не удавалось достать рыже-белого врасплох, и они кружили вокруг него, а все бестолку. Сычеух немного запыхался, но он был способен продолжать бой. От чувства победы не было никакой радости - он итак знал, что сражается на уровень выше своих соплеменников просто благодаря урокам Острозвёзда. И сейчас он сражался в полную силу, разве что без когтей и был немного раздосадован, что соплеменники вдвоем не могут одолеть его. Точнее, ему-то хорошо, но к битве он готовил свою ученицу! И для Бурного это будет настоящее испытание... реальный бой. Будем надеяться, что котов Ветра им одолеть будет проще.
Они еще некоторое время сражались. Под конец Ручеёк удалось сделать несколько точных ударов. Бурный тоже перестал лажать, возможно, вспомнив все, чему его учил наставник и окончательно разогревшись.
- Довольно, - взмахом хвоста остановил их Сычеух, - Думаю, дальше тренироваться нет смысла. Сильно устать перед боем - тоже ни к чему хорошему не приведет. Теперь уже так - все, что имеем, то наше. И в поспешном изучении еще чего-то не будет никакой пользы, - проговорил рыже-белый. Он посмотрел на Бурного, - Спасибо, что составил нам компанию, - серьезно сказал он, - Уверен, всем нам урок пошел на пользу. А теперь возвращаемся в лагерь. Только, - Сычеух посмотрел на Ручеёк, - мы с тобой пойдем помедленнее, чем Бурный. Я хотел бы поговорить с тобой, ведь обучение - это не только охота и боевые навыки, - он надеялся, что это самая безобидная формулировка просьбы оставить их с Ручеёк одних.

Еще несколько выпадов, атак, неудач и удач. Вскоре тренировка кончилась. Разгоряченный сражением Бурный тяжело дышал.
- Всех ветряных порвем. - сказала Ручеек. Кот лишь утвердительно кивнул и потряс головой. Вдруг Сычеух обернулся к нему и кот настороженно повел ушами:
- Спасибо, что составил нам компанию. - поблагодарил воин, а Бурный слабо улыбнулся и промолвил:
- Да я с радостью потренировался. Вспомнить приемы никогда не бывает лишним. - кот благодарно кивнул и чуть тише добавил. - Особенно перед битвой.
- Только, - воитель с интересом повел ухом. - Мы с тобой пойдем помедленнее, чем Бурный. Я хотел бы поговорить с тобой, ведь обучение - это не только охота и боевые навыки - серебристый понял, что это обращение к Ручеек и ясный-понятный намек ему.
- Хорошо. - кивнув, Бурный направился в лагерь, но тут услышал просьбу Ручеек и обернулся:
- Обязательно. - и тепло улыбнувшись кот развернулся.
---- Главная поляна

Бурный скрылся, провожаемый взглядом Ручеёк. Она просто улыбнулась, радуясь, что у неё есть такой друг. Такое простое, естественное чувство.
Сычеух отвлек её, снова.
- Многим не по душе решения Острозвёзда, Ручеёк, - с порога начал рыжий воитель, качнув носом в сторону лагеря. Малышка удивленно вскинула брови, но промолчала, ожидая дальнейших слов. Ей было очень интересно, что на сей счет думает её наставник.
- Но то, что делает наш предводитель - самое разумное, что можно сделать, - ну вот и понятно, что он думает. Ручеёк раздосадованно отвела глаза.
- Если мы опустимся до допускания связей с котами других племен, то сольемся с ними, потеряем своё отличие, свою самобытность. Такие вещи надо пресекать. Острозвёзд еще слишком правильный и ни за что не поднимет лапу на котят, но на самом деле наличие в других племенах наших кровей делает нас слабее, и он прекрасно это знает, - кошечка слушала и уже хотела было открыть рот, мол, котята могли бы жить у нас и делать наше племя сильнее, как Сычеух тут же её прервал:
- Однако если они будут жить у нас, это развратит нас, давая понять, что так можно. Палка о двух концах, и из двух зол нужно выбирать меньшее. Острозвёзд и выбрал, отрекшись от тех котят, но сохранив умы оставшихся Речных котов, которых в разы больше.
- Те котята могли бы вырасти настоящими речными котами, - твердо, слишком уж твердо для десятилунной кошечки мяукнула Ручеёк, глядя в глаза наставника. - Я уже не маленькая, я слышала в лагере много всего. И знаю, что некоторые из нас не чистокровны. А разве это делает их хуже? Они порой лучше многих, - имея в виду и Лавину тоже, добавила кошечка. Неужели Сычеух не понимает? Его любимая - полукровка, но все любят её и ценят.
- И что бы помешало нам полюбить тех малышей? - Ручеёк высказала вслух мысль, которая, как и многие, не давала ей покоя.
- И еще, - добавил Сычеух, и следом пошла огромная тирада о том, как же прав Острозвёзд. Но вот последняя фраза невольно въелась в мысли серой кошки:
- ...Если Острозвёзда удастся кому-то свергнуть, будет только хуже. Ты не поверишь, но так было сотни раз. Будет хуже, - выделил последнюю фразу Сычеух. Ручеёк обомлела.
Свергнуть. Острозвёзда.
Даже звучало дико.
Что бы сказала мама?
Ручеёк мотнула головой, нехотя кивнув рыжему коту. Просто потому, что разговор этот... закончится ничем. Все так же и останется.

- Сам факт их рождения является результатом нарушения Воинского закона. Произнеси первый пункт, - Сычеух был недоволен, серая слышала и понимала этот тон. Припоминать закон не было нужды, Ручеёк неплохо его запомнила, но все же, незаметно закатив глаза, подчинилась и лениво, без энтузиазма и протяжно произнесла:
- Не щадя жизни защищай своё племя. Кот одного племени может дружить с котами другого, - и тут кошечка на секунду запнулась, вспоминая их с Раскаленным встречи. Им было весело. И закон они, выходит, не нарушали. - ... но преданность он должен хранить только своему племени и всегда помня о том, что может настать день, когда ему придётся сойтись со своими друзьями в битве.
Серая вздохнула. Она понимала, конечно же, но все же в голове не укладывалась мысль о том, что котята-полукровки - это плохо. Если их растить преданными, то никто и ничто их не остановит.
А уйти могут и чистокровные.
О да, Ручеёк была наслышала, да и сквозь пелену детский воспоминаний помнила уход котов и кошек. Не знала она Нессею, но помнила большого серого Странника, и Листопада. И они ушли.
- А ведь еще есть такой пункт, Сычеух, - вспомнила Ручеёк.
- Котята находятся под защитой всех племён. Настоящий воин не должен бросать в беде котёнка, к какому бы племени тот ни принадлежал.
- ...Приводя аргументы мне, ты споришь с ними, ну, удачи, - наставник был раздражен. Кошечка упорно не смотрела в его сторону, отчасти коря себя за то, что не может принять его точку зрения, угодить ему. Быть хорошей и послушной ученицей.
- Уже то, что мы не должны их полюбить! - не унимался вислоухий воитель. - Это развратит нас. Привяжемся к одним, не сможем устоять перед другими. Полюбить кошку или кота другого племени ничего не будет стоить, если котята все равно приняты от таких союзов.
- Но ведь такое случается. Так или иначе, - бессильно мяукнула Ручеёк. И то, что он здесь ей втолковывает, ничего не... Погодите-ка.
- Ты... думаешь, я тоже так сделаю? - вдруг остановилась синеглазка, уставившись на наставника неверящим взглядом.
- Что я тоже когда-то решу завести котят от чужого? - уже тверже мяукнула серая, и предательские огоньки блеснули в синих глазах.

Отредактировано Ручеёк (2015-08-10 17:10:07)

Обстановка накалялась, и Ручеёк чувствовала предательскую дрожь в лапах, дрожь страха и злости.
- Аргумент довольно инфантильный. Если такое случается, давайте закрывать на это глаза. А еще лучше - с чем боимся или не можем бороться, то узаконим, - все больше распалялся рыжий кот, отчего синеглазка поджала уши, отвечая ему упрямым, твердым взглядом. Привычка, многие уже встречали эту эмоцию на мордашке маленькой ученицы. И глаз не отведет, и слова не скажет.
Но последней каплей было иное.
На её обиду, на её вызов в голосе вислоухий кот просто закатил глаза.
- Я ничего не думаю, я обязан раз и навсегда разъяснить тебе ситуацию, чтоб ты не копила обиду из-за происшедшего с Выдрой. А сразу поняла, что все справедливо, и не о чем тут больше говорить, - несправедливо, ни капельки не справедливо! - Он сам выбрал свою судьбу. Ему все пути были открыты, а он выбрал путь изгнания и сомнительной любви, сделав несчастными всех вокруг себя, - уж в последнем Сычеух оказался прав, многие горевали оттого, что жизнерадостный, любимый всеми Выдра и милая, добрая Зимушка теперь не являются частью речной семьи.
А всему виной кто?
В синих глазах блеснула злоба.
Да, он ошибся с Орлицей. Но котята не могут быть ошибкой, никогда и ни при каких условиях!
Надо же, вышло, что последнюю фразу она сказала вслух.
- Это несправедливо. И даже мысли допускать ней смей, что я вытворю нечто подобное! - совершенно вспылив, не рявкнула, а глухо мяукнула кошечка, резко срываясь с места и углубляясь обратно в заросли. Лапы несли непонятно куда, но возвращаться в пропитанный чувством предательства лагерь никак не хотелось.

Кошечка земли под собой не чувствовала, казалось, что весь негатив переметнулся в лапы, и теперь нёс её в неизвестном направлении. Ветер свистел в ушах, ветки хлестали по лицу - благо, в отличие от Галечника, ей удалось обогнуть малинник. А позади где-то остался рыжий наставник, но Ручеёк все так же хотела убежать дальше. Далеко-далеко.
- Ру-у-уче-е-ё-ёк!
Позади её звал голос, но кошечка, убежденная, что это Сычеух за ней несется, лишь коротко обернулась и припустила сильнее, сжимая зубы от досады. Эх, еще и лапой на какой-то шип нарвалась! Зашипев от досады, речная ученица затормозила, дергая ушами на звук. На топот лап мощного тела.
- Ручеёк! - снова позвал голос, и серая с сомнением подняла голову. Нет, это был не Сычеух. И, когда спустя мгновение из кустов выскочило белое облако в красноватых пятнах... крови?.. ах нет, малины, Ручеёк расслабилась. И даже пригладила воинственно торчащую шерстку на загривке.
А белый воитель подошел к ней и наигранно хмуро мяукнул, нарушая молчание.
- Помнишь, о чем вчера говорили? Похоже, всё сбылось, - он улыбнулся, а синеглазка напряглась: неужели какой-то из страхов Галечника сбылся?
- Я чуть не потерял тебя, пока догонял. Ух, подруга, ну ты и бегать! Чувствую себя старейшиной, лапы отваливаются! - беззаботно продолжал белый.
Кошечка слабо улыбнулась. Все-таки, это был Галечник.
- Я долго училась. Обещала же тебе в детстве, что стану первой охотницей. Вот, - сухо усмехнулась серая, - тренируюсь.
Конечно, от него не укрылось, что синеглазка не в духе. Хмуро насупившись, она подняла переднюю лапу и принялась вытаскивать шип из лапы.

- Мда-а, - невнятно протянул белоснежный кот на её реплику. Что-то внутри неприятно съежилось: было неловко оттого, что Галечнику с ней неловко. Раздосадовавшись на саму себя, Ручеёк вцепилась клыками в шип и с силой рванула, только сдавленно ойкнув.
И стала слизывать кровь с подушечки.
- Что-то случилось? - все так же осторожно подбирался к ней Галечник. Ручеёк даже разозлилась, подняв глаза на кота и возмущенно на него глядя: ну неужели я такая страшная?!
- Да. Мы с Сычеухом не сошлись во мнениях, - спустя пару минут буркнула кошечка, продолжая зализывать лапу. А молчание все длилось, длилось, давило. Серая вздохнула носом.
- Извини, если не хочешь, то  я уйду, - себе под нос пробормотал Галечник, медленно, нехотя разворачиваясь, словно что-то его стопорило.
- Не хочу быть навязчивым, - вздохнул он. Помедлив, добавил: - Просто так поступают друзья...
- Ты дурак, Галечник?! - вспылила синеглазка, вскинув на кота горящие глаза.
- Ты не можешь быть навязчивым. Друзья навязчивыми не бывают... - и тут же, устыдившись своего пыла, Ручеёк поджала уши и беспомощно посмотрела на белого великана. Потом сделала пару шагов к нему, осторожно, будто боясь спугнуть, будто бы опасаясь. что еще шаг - и воитель обидится, уйдет обратно сквозь заросли малины.
А потом, вздохнув и опустив голову, серая ученица тяжело уткнулась лбом, а потом и всей мордашкой в грудь великану, будто бы совсем ребенок.
- Он говорит, что Острозвезд правильно котят отдал... а я не соглашалась... и подумала... что он подумал... ну, что я тоже... когда-нибудь так вот... как Выдра, - Ручеёк невнятно бормотала, и голос её приглушался роскошным белым мехом.

И все то время, пока Ручеёк душу изливала, Галечник сидел, слушал, даже не отстранился, хотя горячее дыхание серенькой вряд ли было приятно. Тепло ведь, мех густой, а еще и мелкий нытик под боком прибился. Но нет, друзья. Друзья так и поступают.
- Вот оно что! – выслушав её, негромко, но злобно пробормотал белый кот. Ручеёк хотела было отстраниться, чтобы посмотреть на выражение его мордахи, но передумала: ей и зарывшись носом в его мех хорошо.
- Послушай, ты абсолютно права, - малышка недоверчиво шмыгнула носом. Права? Значит, кто-то еще считает так же? Галечник так же считает?
- Котята не виноваты за своё рождение, они могли бы быть хорошими воителями в нашем племени, но раз уж так случилось… - и белый воитель умолк, а Ручеёк эту тишину поддержала. Да, так случилось. Так решил Острозвёзд.
- А то, что подумала, что он подумал, - Галечник нахмурился, запутавшись в словах. – Ну, в общем, не забивай себе голову этим. Он тебя воспитывал, он твой наставник, и от его подобных мыслей ты хуже не станешь. И он прекрасно знает, насколько сильно ты преданна своему племени, - серенькая дернула ушками от горячего дыхания кота, несмело улыбнувшись. Да, у него получалось её приободрить, всегда-всегда.
- Это знают все, - с нажимом мяукнул Галечник, и серая улыбнулась смелее. Подняла голову и уставилась глазками-озерцами на белого великана.
- Так и должно быть, - просто мяукнула Ручеёк.
- Я уверена, Выдра... и Зимушка тоскуют по дому. И, будь все иначе, ни за что бы не ушли, - негромко мяукнула кошечка, боковым зрением покосившись на божью коровку на травинке.

Божья коровка переползла на серый хвост ученицы, и она, поднеся её к носу, задумчиво смотрела на жучка.
- Они бы не ушли, если бы могли, - Галечник словно читал её мысли, и ей только и оставалось, что глухо мурлыкнуть, с ним соглашаясь. Они ушли за тем, во что верили. Хотя поначалу кошечка не понимала, почему ушла Зимушка, ведь котята ей были чужими. А потом вот... поняла.
- Зимушка любит Выдру, да? Вот и пошла за ним, - просто мяукнула серая, констатируя очевидный факт. А остались бы они в Речном племени, и потом Зимушка лежала бы в Детской рядом с Лавиной и Речной Песней (про Воду серенькая еще ничего не знала), и растила новое поколение воителей.
Но нет. Теперь они где-то далеко-далеко.
– Что было бы, если бы они остались? Племя поделилась надвое, Ручеёк. Мы больше не едины, - тихо сказал Галечник, и Ручеёк взглянула в усталые янтарные глаза.
– Есть те, кто с Острозвёздом, кто поддерживают его, а есть те, кто держатся из последних сил за лучшие свои качества, чтобы не следовать за ним, чтобы… не походить на него. Я предатель, Ручеёк
Галечник вздохнул, а у ученицы морозец прошел по подшерстку
– Я не считаю Острозвёзда нашим лидером. Предводитель, которого я уважал, бесследно исчез. И я жалею, что не раскусил его сущность раньше, - он поморщился. – Прости, что всё это говорю. Я хочу быть честен с тобой, как ты со мной.
- Я... я, кажется, тебя понимаю, - негромко ответила серая. Она никогда не питала к Острозвёзду теплых чувств как к отцу, но как лидера она видела его... кровавым. Поначалу - гордилась таким великим предводителем. А теперь... боялась. Почти ненавидела.
И Сычеух, похоже, это знает.
- Я, наверное, тоже предательница, - тихо-тихо мяукнула синеглазка в шерсть белого великана.

Похоже, Галечник был настроен рассматривать историю Выдры и Зимушки не столь романтично, как юное девичье сердце Ручеёк.
- Не всегда любовь взаимна, - мягко сказал белоснежный. – Они друзья, а может и что-то большее. Кто знает?
- Мы с Выдрой тоже дружили, - пробурчала кошечка, упрямо хмуря брови. - Но я же не побежала за ним на край света! - фыркнула серенькая, качнув хвостом, мол, ничегошеньки ты, Галечник, не понимаешь, это любовь была, самая-самая настоящая.
А разговоры о предательстве, видимо, тоже были так уж приятны.
- Он твой отец, - в голосе белоснежного кота сквозила улыбка, а серая лишь фыркнула, с каким-то усилием отодвигаясь от Галечника и его роскошной шерсти.
– В глубине души ты его сильно-сильно любишь, а он сильно-сильно любит тебя.
- Он любит Иву. И Рассветнего. А мы с Волчелапкой для него будто и не дочки, - пробурчала серая, и тут же ощетинилась, встряхнулась, как воробушек.
- Ну и ладно! И не нужна мне его забота! - запальчиво мяукнула кошечка, сверкая синими глазами.
- То, что он делает – это всё показатель власти, все эти запугивания, ослепление и изгнание… Он знает, что в племени есть те, кто не уважают его, и он хочет это изменить, - исполин склонил голову. – Просто он не хочет воспользоваться мирным способом, попытаться нащупать нить, которая обычно связывает всё племя воедино, - Галечник устало вздохнул. - Держать нас всех в страхе – проще.
- И однажды от Речного племени останется только рыбья чешуя! - Ручеёк бухнула хвостом по земле и принялась расхаживать по поляне туда-сюда, щеголяя едва заметными, но явными мышцами, лоснящейся шерстью и беспокойным, словно уж, хвостом. Да, подросла девочка.