В ответ на слова Странника Нессея несколько растерянно улыбнулась, и эта улыбка заставила героя моего рассказа смущенно отвести глаза; а когда возлюбленные еще некоторое время шли в полной тишине, воительница вдруг издала короткий смешок, будто посмеялась каким-то своим мыслям. Воин обернулся к идущей чуть позади спутнице и с тупой обидой покосился тогда на неё - ну чего ты смеешься? - говорил взор его очей; однако спустя мгновение глаза его засверкали озорным огоньком, и он кончиком пушистого хвоста, словно змейка, пощекотал шею, будто вырисовывая на ней невидимое ожерелье, и мордашку любимой.
- А мне кажется, я и не смогу забыть о тебе, - энергично проговорила Нессея, и губ кота коснулась едва заметная, счастливая улыбка, а из нутра вновь издалось мелодичное мурканье, которое герой моего рассказа уже не был в силах подавить.
Продолжая эту тему, воительница говорила так звонко и так красиво на фоне вечерней тишины и щебетания насекомых, и Странник, казалось, не вникал в суть этих слов, а лишь наслаждался этим мелодичным, греющим уши голосом. Обида за Нессеины слова в Березняке, волнение и даже страх перед происходящим теперь отошли на второй план, когда полосатый шел рядом со своею милою и дышал одним с ней воздухом; и было плевать на ноющие раны, на разорванное ухо, и даже на то, что сейчас любимая серого не помнила той встречи у реки - сейчас всё казалось ему сказкой, каким-то волшебным сном.. - Давай не будем говорить сейчас о нём, - тихо проговорил герой моего рассказа, когда спутница вновь вернулась к теме с Гневом, и теперь на её морде перестала сиять улыбка; немного эгоистично, но именно сейчас Страннику хотелось, чтобы любимая полностью переключилась на него и хотя бы сейчас забыла обо всех несчастьях, что её тревожат. Сейчас он был жадным зверем, не хотящим ни с кем, даже с проблемами и воспоминаниями, делиться своим трофеем, своей сладостной добычей.
Но и Нессея, оказалось, не слишком-то хотела продолжать эту тему: - Не хочу думать об этом сейчас. - мотнув головой, сказала она; и оба замолчали. Последние краски заката сияли в небе, а скоро их заменит безграничная чернота и мрак, и герой моего рассказа поспешил отметить красавца, пока тот не исчез: - Прекрасный закат, - проурчал он после недолгого молчания. - Я его не так часто наблюдаю, особенно в последнее время.
А когда через еще некоторое время соплеменников отступила тьма, и лишь последние лучи солнца слабенько освещали верхушки деревьев, а Странник делал тщетные попытки отыскать нужное направление, хвост возлюбленной ободряюще коснулся бока серого, а слова хоть и не до конца подавили тревоги кота, но дали надежду на продолжение этого пути, в котором их судьбы были сейчас тесно переплетены. - Верно. Мы просто устали... - покорно кивнул полосатый, не сводя взора желтых глаз с прекрасных васильковых.  Когда Речной предложил прогуляться по лесу, Нессея задорно ухмыльнулась и прокомментировала предложение друга, вызвав у того веселый смешок. - Выыыыживем! - уверенно отмахнулся воин, протяжно произнося букву "ы" и широко улыбаясь. И возлюбленные неспешно продолжили путь; черные лапы сосен зловеще покачивались из стороны в сторону в теперь уже кромешной темноте на фоне синего неба, но героя моего рассказа уже давно не пугали подобные вещи.
Вдруг перед воителями выросла нехилых размеров каменная пещера, и оба остановились; громоздкий вход и черная дыра выглядели устрашающие, но супруги уже достаточно долго скитались по лесу и, наверное, уже готовы были заснуть в любом дупле, но вот только не совсем там удобно. И Странник, молча кивнув в ответ на вопрос спутницы, смело шагнул во мрак пещеры вместе с ней.
--------------> Пещера

Отредактировано Странник (2014-05-11 13:19:45)

←пещера
Гнев и Странник шли на ровне. Кот уверенно шагал вперед, несмотря на довольно глубокие сугробы снега. Полосатый не смотрел на Странника и ничего не говорил. Некоторое время держалась жуткая тишина между воинами.
- Я пойду к тем трём соснам,- сказал Странник, останавливаясь. Гнев кивнул. Когда серый кот ушел, полосатый исполин решил, что ему тоже следует поохотиться. Гнев замер, чтобы сосредоточиться. Вдохнув в себя воздух, полосатый почувствовал где-то совсем недалеко присутствие какого-то маленького животного. Возможно, это птица. Украдкой пройдя несколько шагов вперед, исполин заметил на стволе одного из деревьев птицу с красным хохолком. Кот встал против ветра, чтобы добыча раньше времени не заметила хищника, и, затаив дыхание, стал медленно подкрадываться к тому самому дереву. Гнев старался не выдавать себя и подходил не на прямую, а сбоку. Наконец, расстояние было достаточно, чтобы допрыгнуть до дятла и прижать его к земле. Напружинив лапы, Гнев сосредоточился и, отталкиваясь от земли, прыгнул вперед, хватая птицу в свою пасть. На земле исполин окончательно умертвил свою добычу. А потом подошел Странник. Облизнув кровь со своих губ, Гнев повернулся к нему. Серый кот тоже весьма удачно поохотился, так как принес с собой только что пойманного дрозда.
- Гнев, тогда, когда мы встретились в берёзовой роще, я не сказал тебе самого важного,- начал говорить Странник. Полосатый, изогнув бровь, непонимающе посмотрел на собеседника.
"О чем это он?"
- Нессея не забывала тебя. На самом деле, судьба сама отняла у неё все воспоминания о тебе.. после того случая,- произнес Странник, нахмурившись.
"Может ли это значить то, что если бы не это, она бы продолжала меня ждать?"- задумался Гнев. Некоторое время он молчал, осмысливая только что сказанное серым котом.
- Рваные трещины в памяти причиняли ей боль, и я решил, что мы должны вернуть ей воспоминания о тебе...<...>
- Водопад желаний?- усмехнулся Гнев,-Чушь собачья. Все в этой жизни происходит только благодаря нашим собственным усилиям.
Может быть раньше бы исполин и поддался этим вымыслам, но сейчас он больше не во власти той религии. А ведь религия - это все-таки очень мощная сила, способная заставить даже умирать ради себя.
- Исток видел то, чего не следовало бы видеть котёнку...<...>- сказал Странник. Гнев внимательно его выслушал. Действительно, то, что творится в Речном племени - просто ужасно и непростительно.
- Грязное племя. Не удивлюсь, если в скором времени они станут убивать котят на глазах матерей,- сказал Гнев,-Что ж, каков предводитель, таково и войско. С такими моральными устоями им следует жить на помойке,- с раздражением в глазах произнес кот, а затем посмотрел на Странника,- Скажи, после всего этого ты веришь в Звездное Племя? В то, что оно существует и благодаря ему восторжествует справедливость? Где же, где же эти хваленые боги, которых вы так восхваляете! Если бы они существовали, то не допустили бы подобного. И я был так глуп, что верил....но все это враки. Нет Звездного племени. В этой жизни мы можем полагаться только на себя,- сказал Гнев,- Как же они жалки...опуститься до того, чтобы поднять лапу на соплеменника,- злостно прорычал полосатый,- Но, впрочем, ведь для них и их семейки - это нормально,- с презрением выпалил кот,- Видимо, Листопад сказал всю правду, если они так отреагировали. Правда всегда глаза колит. Ну а что же остальные? Как племя отреагировало на такую выходку их "власти"?
- Волнушке, Ловушке и Истоку уже исполнилось по шесть лун.. а это могло бы значить, что они должны стать учениками и начать своё обучение.- Странник доверчиво посмотрел на Гнева. За все время, которое Гнев знал этого кота, он ни разу так не разговаривал с ним. Словно, он ему и правда доверяет. Что ж, полосатый тоже стал по-другому относиться к этому коту. Возможно, раньше он считал его своим неприятелем и хотел бы разорвать в клочья при встрече. Но уже нет в этом смысла. Странник не желал вреда Гневу, а даже наоборот - сейчас они были заодно. А именно поэтому глупо было сейчас вспоминать давние обиды.
- Да, освоить боевое искусство им нужно,- протянул Гнев,- Иначе они не смогут выжить в одиночку.
- Но как же это может произойти без посвящения в оруженосцы? - Гневу показался этот вопрос наивным.
- Друг мой, неужели для тебя имеет значение то, что говорит предводитель перед всем племенем, посвящая котят в оруженосцев? Или для тебя важно "одобрение" Звездных Предков, к которым всегда взывает вождь при посвящении? Или же ты хочешь, чтобы твои дети получили имена, придуманные, якобы, Звездным Племенем?- спросил полосатый,- Не так важны слова, как важны деяния. Гораздо сильнее тот воин, который способен в бою орудовать своими когтями, а не языком. Поболтать, как сорока, на публике и я могу, если тебе так важен этот этап ритуала. А на счет имени, данного Звездным племенем...ты уже знаешь мое мнение. Я до сих пор ношу свое имя не потому, что оно дано мне какими-то призраками, а потому, что оно дано мне тем, кто заслуживает уважения в моих глазах. Звездный Камыш был великим и мудрым предводителем, способным вести свое племя к победе. И он, как истинный лидер, шел впереди своих воинов в бой, сражаясь с ними плечом к плечу. В бою он лишился зрения, он не пощадил себя и пошел до конца, а не стал, как трусливая мышь, скрываться за спинами своих воителей, жертвуя их жизнями, чтобы спасти свою шкуру. Поэтому имена своим детям, как я считаю, ты должен дать сам, потому что ты являешься для них авторитетом.

- Может быть, между вами было что-то,- с напряжением говорил Странник. Гнев закатил глаза и усмехнулся.
- Конечно-конечно,- засмеялся кот, а затем его выражение лица резко изменилось. Гнев больше не смеялся,- Очень смешно,- холодно сказал полосатый.
- Если её счастье снова с тобой, я мог бы отпустить её..- продолжал бывший воин Реки. Гневу это даже смешно показалось.
- Ха-ха-ха, прекрати,- усмехнулся полосатый,- Ну не нужно никаких одолжений.
- ...путешествие мы потратили четыре дня своей жизни, и всё-таки добились своего...<...>
- Ну, молодцы, что я еще могу сказать?
-...она действительно очень сильно любила тебя,- тяжело сказал Странник.
- Меня это больше не волнует,- равнодушно проговорил исполин, глядя в глаза собеседнику.
- Лучшей, чем жизнь бродяг и лучшей, чем жизнь в Речном племени..
- Понятно,- ответил Гнев,- Все зависит от воспитания. Можно быть воином, но жить не в племени. А можно жить в племени, а быть грязным бродягой.
- Племя ничего не имело против.
- М-да. Племя действительно очень сплоченное, как выяснилось. Дружно проследили за издевательством над соплеменником. Все вместе, молодцы.- горько усмехнулся полосатый кот.
- ...мы вполне можем остаться воителями.  Я тут подумал, Гнев,- серый воин поглядел на Гнева.
- Да, как я уже и говорил, чтобы быть воином, нужно быть им в сердце.
-... Ты не мог бы на какое-то время взять в оруженосцы одного из наших детей?- вдруг спросил Странник. Полосатый даже слегка удивился такому заявлению. Это очень ответственно. Особенно, если ты доверяешь своих детей тому, кому бы смог их доверить только в самую последнюю очередь.
- Конечно. Для меня всегда является большой честью обучать оруженосцев.- сказал исполин,-Ведь если тебе доверяют такое ответственное дело, значит не сомневаются в твоей преданности. Но, я тоже не останусь в долгу. Я ценю твое доверие.
Кот уверенно смотрел на Странника, а затем вспомнил про охоту.
- Кстати...может, уже пора возвращаться? Нессея с котятами уже заждалась.
---> пещера

Отредактировано Гнев (2015-02-10 16:37:57)

Начало игры

Не каждый может похвалиться тем, чтоб был рожден от благородных воителей, численность которых преобладала в этих лесах. Хоть во всем остальном мире о племенах ничего не знали, здесь было их место, место воителей, а одиночки - это так, досадное недоразумение; реальность, с которой необходимо жить бок о бок. Касаться, но по возможности не давать пересекаться. Пересеклись - там разборки неминуемые, но если вы и вовсе не трогаете племена, а находитесь параллельно с ними, то вы им безразличны, о вас даже никто не узнает.
Черный дымчатый котенок был одним из таких - мать его была то ли с фермы, то ли еще откуда. Отец - и вовсе не понятно, да и как теперь узнать? Ни того, ни другого не было рядом, как не было рядом и толп соплеменников, целителя, других королев, способных выходить малыша. Он был совершенно одинок в этом огромном мире.
Как он остался один? Потеря кормилицы из-за несчастного случая или намеренная сортировка, произведенная матерью-кошкой по известным одной ей причинам? Об этом история умалчивает, но кто-то же заботился о нем в течение первых двух с небольшим недель. За это время котенок успел открыть глаза, пелена перед его взором постепенно рассеивалась, давая рассмотреть пока еще нечеткие образы того, что его окружает.
Над ним был большой лист лопуха, скрывая от глаз хищников. Котенок бы не ушел отсюда, даже если бы снаружи было что-то поинтереснее - он истощал, давно не кормленный, и все силы этого маленького организма были направлены на выживание в первую очередь. Первое время он громко пищал, требуя внимания, но сейчас голос был сорван, и он отдыхал, набираясь сил для новой попытки крикнуть этому миру: "караул, здесь погибает котенок!"
Был тот самый час перед рассветом. Небо окрашивалось в оранжевый где-то на горизонте, но в сосновом лесу еще царил полумрак. Впрочем, скоро рассветные лучи начали проникать сквозь листву, а птицы огласили начало нового дня.
Неподалеку от того места, где лежал наш мученик, по воле случая расположилось змеиное гнездо. Точнее, оно было здесь давно - это дымчатый котенок оказался случайным гостем, не подозревающим о неминуемой угрозе.
Яйца змей были почти треснувшими. Одно чуть сильнее других, и вот ему-то и было предначертано этим утром окончательно расколоться. Треск скорлупы... какой бы жуткий ужас охватил котенка, если бы он уже умел испытывать эмоции.
Но он не умел. И, разлепив сонные глаза, котик увидел шевеление в траве - к нему полз кто-то, издавая странные звуки. Котенок тоже так умел и приоткрыл пасть, беззвучно шипя чисто на инстинктивном уровне.
Змейка добралась до него, но видимо ее собственная неопытность не дала ей все сделать быстро - повернувшись, котенок навалился прямо на середину ее туловища, придавливая его и лишая маневренности движений, а затем лапкой замахнулся в сторону головы, в этот момент странно дернувшейся, но все же потянувшейся к нему.

Котенок не успел понять, что произошло, как смертоносную игрушку вдруг забрали, а затем расправились с ней в два счета. Дымчатый на несколько секунд оторопел, наблюдая за этим, а потом зашипел, во все глаза глядя на огромного (ему все казались огромными) белого исполина. Все внутренние инстинкты подсказывали защищаться, спасаться от незнакомца. Однако...
Он же до этого был совсем один. Только он и это гнездо, из которого выползло шипящее создание. Оно ведь явно не было ему другом, не приняло его правил игры. И оно было куда опаснее, чем этот кот, потому что его речь дымчатый котенок хотя бы понимал. Он говорил на языке мамы, а это не малого стоит.
И тогда он перестал шипеть, изучающе вперив синие-синие, еще не перецветшие в другой оттенок глаза на белого одиночку.
- Ты, наверное, сам его хотел убить? - голос действовал неожиданно успокаивающе, хотя белый кот тоже сейчас нервничал. Но этого котенок не распознавал, склонив голову набок и вслушиваясь в то, что ему говорят, как дети обычно переключаются на нечто новое и дают родителям несколько минут или часов - в зависимости от того, как быстро исчерпается интерес - свободного времени.
Убить.. убить - это то, что он сделал только что с той змеей?
Котенок перевел неуверенный взгляд на длинное тельце хищника, теперь похожее на безжизненно валяющуюся ветку или сброшенную другой змеей шкуру. Он не знал, что он хотел сделать, даже не подозревавший о понятии смерти до этого момента. Да и о жизни особо не задумываясь.  Но... да, наверное он хотел убить ее, чтоб она не сделала то же самое с ним.
- Давай уйдём отсюда, пока не явилась злая мамаша или не проклюнулись его братья и сестры. Кстати, я Кай, - котенок поднялся на лапки, покачиваясь и дрожа, и проследил за тем, как Кай передвигается. После чего сел на попу и грустно посмотрел на взрослого.
- А как зовут тебя? Где твои родители? - видимо понимая, что котенок не особо идет на контакт, спросил одиночка.
- Н... не знаю, - это был ответ на вопрос про имя. У него еще не было прозвища, и до этого момента он даже не считал, что нуждается в этом. Впрочем, имя и сейчас не стояло первоочередной задачей, - Я хочу к ма-аме, - пропищал котенок, снова чувствуя в себе прилив сил, чтоб начать ту же песню, что и вчера, и позавчера. Только теперь есть слушатель, - Хочу ку-ушать! - пожаловался он с навернувшимися на глаза слезами. Он тосковал по матери - все знают, что самое страшное для ребенка быть разлученным с нею в столь ранний срок.